Борьба с терроризмом в Германии

Это была убийственная промашка в области контроля над терроризмом! Двое туристов из федеральной земли Северный Рейн-Вестфалия в начале октября приехали на экскурсию в Дрезден. 55-летний Томас Л. был зарезан, а его 53-летний партнер получил тяжелые ранения.

Преступником оказался 20-летний террорист по имени Абдулла Аль-Хадж Хассан. Взявшийся буквально ниоткуда боевик так называемого «Исламского государства»* напал на мужчин нетрадиционной ориентации, когда они вышли из ресторана и направились в гостиницу.

И этот случай не единичен!

Они живут среди нас, и про многих из них нельзя точно сказать, где они находятся прямо сейчас. В настоящее время немецкие спецслужбы располагают информацией о более 600 исламских боевиков на территории страны.

Федеральная служба защиты Конституции признает, что эти люди — фактор риска для безопасности страны, но ничего не предпринимает. Один из ее провалов — теракт на рождественской ярмарке в центре Берлина, совершенный Анисом Амри.

Этот тунисец 19 декабря 2016 года въехал на грузовике в толпу посетителей ярмарки на площади Брайтшайдплатц и убил 12 человек.

Террорист нелегально прибыл в Германию во время миграционного кризиса в июле 2015 года, после чего беспрепятственно ездил по разным регионам страны.

Это стало возможно, потому что различные ведомства не согласовывали свои действия, хотя о том, что будущий террорист был исламистом, было известно давно.

Телефон Амри прослушивался, а один информатор спецслужб из салафитской среды сообщал, что готовятся теракты. Но власти в Берлине усомнились — и ничего не предприняли!

При этом террорист, находясь в Германии, пользовался всевозможными благами, которые предоставляет беженцам немецкая социальная система. Амри запросил убежище и социальную помощь под 14 различными фальшивыми именами — и получал ее! Расследование вопроса, какие именно ведомства допустили непростительную ошибку, до сих пор не завершено.

Теракт, совершенный Анисом Амри, и убийство, совершенное Абдуллой Аль-Хадж Хассаном, — лишь верхушка айсберга. Bild называет имена и других террористов и лиц, угрожавших безопасности Германии, находившихся на территории страны и не встречавших никакого противодействия со стороны правоохранительных органов.

Сами А.

Телохранитель Усамы Бен Ладена, радикальный исламист. В июле 2018 года 44-летний телохранитель Бен Ладена был после многолетнего следствия экстрадирован в Тунис.

После промежуточного решения суда о том, что его следует вернуть обратно в Германию, так как в Тунисе ему якобы грозят пытки, Высший административный суд Мюнстера отменил это решение, так как тунисская сторона заверила, что пытать Сами А. не будут. Просто немыслимо!

Сами А. приехал в Германию из Туниса в 1997 году. Позднее, по данным следствия, он прошел подготовку в лагере террористов в Афганистане, и поэтому до самой депортации был обязан ежедневно отмечаться в отделении полиции в Бохуме, так как представлял «существенную угрозу общественной безопасности».

Но есть еще один просто умопомрачительный факт: в 2000 и 2001 годах А. работал в охранной фирме! Это выяснили журналисты из медиа-группы Funke. По их информации, этот человек, «представляющий угрозу», работал в охранной компании Klüh Security GmbH. Журналисты ссылались при этом на данные Федерального управления уголовной полиции и Генеральной прокуратуры.

Борьба с терроризмом в ГерманииDagens Nyheter28.10.2020Valeurs Actuelles02.10.2020The Spectator06.02.2020

Klüh Security обеспечивала охрану различным знаменитостям, а также следили за безопасностью на территории аэропортов, банков, больниц и разных объектов бундесвера. В ответ на запрос представителей Funke охранная фирма заявила, что информацию по А.

невозможно проверить по причине истечения срока давности. Его дети до сих пор живут с его женой в Германии, а сам А. давно живет отдельно. Согласно конфиденциальным данным управления спецслужб на территории земли Северный Рейн-Вестфалия, жена А.

не поверила, что его пытали в Тунисе!

Одновременно с решением о его депортации власти Бохума потребовали, чтобы Сами А. на десять лет был запрещен въезд на территорию Германии. Сами А. в свою очередь подал встречный иск, потребовав предоставить ему возможность встречаться с четырьмя детьми, но его иск был отклонен.

Председатель Высшего административного суда Вольфганг Тевес (Wolfgang Thewes) сказал Bild: «Сами А. следует по-прежнему считать „представляющим угрозу”. С учетом этого безопасность жителей Германии перевешивает его право на общение с детьми».

Рашид К.

В 2004 году Рашид К. прибыл в Германию, предположительно, из Чечни. Его запрос на предоставление убежища был отклонен еще в 2005 году. Тем не менее его нельзя было депортировать, поскольку российским спецслужбам, по их собственным утверждениям, не было известно о нем.

В 2019 году дело привлекло внимание общественности, когда Рашида К. лишь с третьей попытки удалось задержать и поместить в СИЗО, хотя он, например, хранил дома пистолет с глушителем и патронами. До этого судьи постановляли лишь, что К.

может оставаться на свободе, пока не совершает противоправных действий…

Однако всего лишь через две недели после обнаружения у него оружия Рашид К. едва не совершил ограбление — жертве самостоятельно удалось прогнать грабителей. Но суд первой инстанции Дюссельдорфа упустил этот шанс, решив, что ограбления не было, а попытка взлома двери была классифицирована лишь как причинение ущерба имуществу.

Представители следствия подтвердили Bild: Рашид К. был хорошо знаком с предположительным террористом ИГИЛ* Угусом С. Этот немец турецкого происхождения в конце марта заставил спецслужбы в Северном Рейне-Вестфалии начать антитеррористическую операцию, сказав в ходе телефонного разговора: «Завтра дважды бабахнет!» Однако доказать, что он планировал теракт, до сих пор не далось.

Рашид — известный салафит, он считается лицом, «представляющим угрозу».

Лишь в конце сентября 2020 года его, наконец, депортировали в Россию — а до этого депортация переносилась более 30 раз! По утверждению министерства по делам беженцев земли Северный Рейн-Вестфалия, ранее депортация не представлялась возможной по причине «недостаточной идентификации» предполагаемого террориста. Лишь после того как удалось установить его личность, его получилось выслать с бумагой, заменяющей паспорт.

Айман Н.

Сириец Айман Н. в 2015 году под видом беженца прибыл в Германию — на территорию земли Саксония-Ангальт. В начале 2017 года он наладил в интернете контакты со сторонниками ИГИЛ. В чате с представителем спецслужб, работавшим под прикрытием, он написал: «Я приехал в Германию не для того, чтобы жить здесь. И не для того, чтобы зарезать ножом одного или двух человек. У меня далеко идущие планы».

Кроме того, он якобы интересовался возможностью раздобыть в Германии «пояс шахида». В августе 2017 года в земельном суде Галле начался процесс против Аймана Н.

по делу о «подготовке тяжкого преступления, угрожающего государственной безопасности».

Однако когда свидетели классифицировали сирийца как «спящий элемент ИГИЛ», земельный суд по причине «политической взрывоопасности» этого дела передал его Сенату по государственной безопасности Высшего суда Берлина. 

4 сентября 2017 года Айман Н. был взят под стражу, но суд отложил рассмотрение дела из-за «необходимости дорасследования», и Айман Н. вышел на свободу. С декабря он живет в общежитии для беженцев в местечке Фридерсдорф неподалеку от Билефельда, носит браслет на ноге и находится под круглосуточным наблюдением. Это обходится бюджету в сумму около 5 тысяч евро в день.

Джабер аль-Бакр

В феврале 2015 года Джабер аль-Бакр прибыл в Германию, в июне получил трехлетний вид на жительство. Примерно год спустя на 22-летнего сирийца обратили внимание спецслужбы: аль-Бакр искал в интернете информацию о способах производства взрывных устройств и соответствующие взрывчатые вещества.

По поручению ИГИЛ он, по данным спецслужб, планировал теракты в поездах, а также на территории аэропортов в Берлине. В ходе покупки-продажи клея горячего отверждения была запланирована спецоперация: 8 октября спецназ ворвался в квартиру в Хемнице, в которой аль-Бакр проживал у своего знакомого. Но его на месте не оказалось — он просто вышел через дверь и убежал.

Полицейские с их тяжелым снаряжением не смогли его догнать. В квартире, однако, был обнаружен склад чрезвычайно взрывоопасного вещества.

Борьба с терроризмом в ГерманииRheinische Post18.06.2020Focus23.06.2020

Аль-Бакра объявили в федеральный розыск и задержали 10 октября 2016 года в Лейпциге, где он остановился у другого знакомого.

Тот сообщил в полицию, и в итоге был выдан ордер на арест аль-Бакра по подозрению в подготовке преступления, представляющего угрозу для государственной безопасности.

Вскоре после этого стало известно, что аль-Бакр во второй половине сентября 2016 года наблюдал за обстановкой в одном из берлинских аэропортов с целью организации теракта.

По данным радиостанции RBB и газеты Berliner Morgenpost, он провел в столице одну ночь, успев при этом встретиться с неким контактным лицом. Эти действия были важны в контексте подготовки теракта.

Однако оказалось, что сирийские спецслужбы в тот момент не следили за аль-Бакром, и ключевые доказательства его причастности к террористической деятельности, по информации газеты Die Welt, предоставили спецслужбы США.

Американцы прослушивали телефонные разговоры контактных лиц ИГИЛ в Сирии и проинформировали об этом немецких коллег.

Склонный, по словам судьи, к суициду мужчина после задержания был помещен в тюрьму в Лейпциге, но наблюдение за ним было, видимо, недостаточно тщательным. 12 октября вечером его нашли мертвым — он повесился на собственной футболке.

Аюб Б.

Немец тунисского происхождения Аюб Б. родился в Вольфсбурге, играл в местном футбольном клубе, посещал вечеринки и употреблял алкоголь. В 2012 году он подвергся обработке со стороны представителей ИГИЛ в мечети Дитиб в Вольфсбурге, после чего стал публиковать на своей странице в Фейсбуке антиамериканские и антисемитские сообщения.

В июне 2014 году он отправился в Сирию, где пробыл до августа. За это время он присоединился к ИГИЛ и научился обращаться с оружием и взрывчатыми веществами. В частности, он позировал с оружием на фоне черного флага ИГИЛ для арабских телеканалов. Вернувшись в Германию, Аюб Б. вступил в террористическую ячейку в Вольфсбурге, насчитывавшую около 50 членов, и стал связным ИГИЛ.

Очень пугающее впечатление произвело поведение властей. Представители полиции, вопреки утверждениям некоторых свидетелей, до сих пор утверждают, что лишь после возвращения Аюба Б. узнали, что вольфсбургскую террористическую ячейку возглавлял вербовщик ИГИЛ Ясин Уссаифи.

Однако к тому моменту этот тунисец ужа давно находился в Сирии, где был судьей шариатского суда — а за ним туда последовали около 20 членов городской террористической ячейки. В декабре 2015 года он был приговорен к четырем годам и трем месяцам тюремного заключения за участие в террористической организации за рубежом.

Максимальное наказание за такое преступление — десять лет тюрьмы.

Правда, Аюба Б., по мнению Генеральной прокуратуры Германии, следовало бы привлечь к ответственности за соучастие в шести убийствах и 28 покушениях на убийство.

За это обвинение требовало для бывшего рабочего завода Volkswagen семи с половиной лет тюремного заключения. Суд обошелся с террористом мягче, так как тот в значительной степени признал свою вину. Аюб Б.

, выдавший правоохранительным органам информацию о людях, стоявших за вольфсбургской террористической ячейкой, получил защиту как ключевой свидетель.

После досрочного освобождения в ноябре 2017 года Аюб сумел убедительно доказать, что больше не связан с террористической деятельностью. Сейчас он находится под постоянным наблюдением.

Вот что по этому поводу в интервью Bild сказал эксперт по борьбе с терроризмом Петер Нойман (Peter Neumann): «У нас все еще слишком много ведомств, имеющих собственные стратегии и обменивающихся друг с другом информацией лишь в случае крайней необходимости».

Кроме того, по его словам, едва ли возможно в полной мере контролировать отбывших наказание террористов — властям для этого попросту не хватает персонала.

Так, в Дрездене не велось достаточно внимательного наблюдения за 20-летним террористом Абдуллой Аль-Хадж Хассаном.

Таким образом, можно констатировать, что наше правовое государство терпит неудачу именно там, где, по идее, должно нас защищать. Премьер-министр Саксонии Михаэль Кречмер (Michael Kretschmer) считает: «Для Германии это преступление должно стать поводом в случаях возникновения препятствий для депортации террористов более внимательно наблюдать за ними».

* террористическая организация, запрещена в РФ

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Ужесточение мер по борьбе с терроризмом в Германии – BBC News Русская служба

11 августа 2016

Борьба с терроризмом в Германии

Автор фото, AFP

Министр внутренних дел Германии Томас де Мезьер объявил о новых антитеррористических мерах, среди которых – лишение немецкого гражданства за участие в террористической деятельности за границей.

Также министр объявил о расширении штатов служб безопасности на 4600 человек.

Вместе с тем, де Мезьер отверг призывы к запрету на публичное ношение паранджи, отметив, что “нельзя запрещать все, с чем вы согласны”, а также предложил дополнительно обсудить идею смягчить требования о соблюдении врачебной тайны в случаях, когда врачу становится известно, что пациент замышляет акты насилия.

В рамках новых мер де Мезьер предложил, чтобы участвующие в террористической деятельности за границей граждане Германии, имеющие двойное гражданство, были лишены немецкого паспорта.

Многие из этих предложений уже вызвали жаркие споры в обществе.

“Мои предложения ограничиваются мерами, которые могут привести к быстрому улучшению ситуации с безопасностью, – отреагировал на это Томас де Мезьер. – Все остальные пункты будут обсуждаться в парламенте. В этой ситуации нам нужно всем вместе достигнуть рабочего консенсуса”.

Читайте также:  Studienkolleg — Подготовка к Немецким ВУЗам

Германские СМИ сообщают, что левоцентристская социал-демократическая партия (СДПГ) – партнер по коалиции с консервативным Христианско-демократическим союзом (ХДС) – выступает категорически против ограничения двойного гражданства. С левыми согласны и представители Партии зеленых.

Вопросы безопасности в Германии стали глубоко политизированными, ведь в следующем году страну ожидают всеобщие выборы, а до этого – региональные.

Подпись к фото,

Цель Томаса де Мезьера – остановить распространение исламской радикализации

Вопросы конфиденциальности

Обязанность врачей соблюдать конфиденциальность пациентов прописана в конституции Германии.

Но после нескольких недавних происшествий зазвучали предложения разрешить медицинским работникам информировать полицию, если они предполагают, что пациент может быть связан с террористами или участвовать в террористической деятельности.

Виновники трех трагедий, произошедших в Германии, были психически неуравновешенными:

В Германии врачам, которые нарушают право пациента на конфиденциальность, грозит до года тюрьмы или выплата штрафа.

“Конфиденциальность пациента – его право, закрепленное в конституции. И даже напряженная внутренняя ситуация не должна подталкивать нас к принятию необдуманных политических и правовых решений”, – считает Франк Ульрих Монтгомери, глава Федеральной медицинской ассоциации Германии.

Опасность крупного теракта

Де Мезьер также высказал свою позицию по вопросам депортации – по его словам, никаких поблажек не будет для иностранных преступников, которые использовали поддельные документы для въезда в Германию.

Заместитель главы спецслужб Баварии Манфред Хаузер сказал в интервью Би-би-си, что вероятность крупного теракта на территории Германии остается высокой.

По его словам, сотрудники спецслужб имеют дело с сотнями сообщений о том, что экстремистская группировка “Исламское государство” (признана террористической и запрещена на территории России и ряда других стран) отправляла своих боевиков в Германию под видом беженцев.

Пока в Германии не было терактов такого масштаба, как во Франции, где 147 человек погибло во время серии нападений в Париже в прошлом году и еще 85 – в Ницце в прошлом месяце.

Подпись к фото,

Одна из новых мер усиления безопасности – увеличение количества полицейских в общественных местах

Министр внутренних дел намерен создать 4600 новых рабочих мест в системе национальной безопасности (в том числе 3500 – в полиции), а также модернизировать полицейское оборудование.

Германия также собирается усилить систему видеонаблюдения в городах, создать специальное подразделение полиции по кибербезопасности и выделить больше сил на работу с малолетними подозреваемыми.

По словам де Мезьера, особое внимание будет уделяться перехвату террористических сетей, действующих в даркнете (закрытой для большинства пользователей части всемирной сети интернет) для организации нападений и покупки оружия.

В германии вводят новые антиковидные ограничения

Борьба с терроризмом в Германии

Markus Schreiber / AP

В Германии 24 ноября вступили в силу поправки к закону о защите населения от инфекционных заболеваний. Теперь «правило 3G» (от нем.

geimpft, genesen oder getestet – привит, переболел или протестирован) будет действовать в общественном транспорте и на рабочих местах.

Для проезда в автобусе или поезде, а также для доступа к рабочему месту каждый немец должен предъявить один из трех документов: отрицательный результат теста на коронавирус, документ о вакцинации или справку о перенесенной инфекции.

Пакет новых ограничительных мер был согласован партнерами по формирующейся правящей коалиции – социал-демократами (СДПГ), свободными демократами (СвДП) и партией «Союз 90/Зеленые». Новый перечень ограничений станет альтернативой режиму эпидемии национального масштаба, срок которого истекает 25 ноября.

Согласно новому закону, по всей стране сохраняются масочный режим и требование о соблюдении социальной дистанции, которые действовали при режиме эпидемии.

По возможности часть сотрудников частных и государственных организаций должна продолжать работу в удаленном режиме.

Посетители и работники больниц, домов престарелых и других учреждений, находящихся «в зоне риска», обязаны проходить регулярное тестирование.

Обе палаты немецкого парламента (бундестаг и бундесрат) приняли законопроект единогласно. Но новый закон и решение об отмене режима эпидемии национального масштаба вызывают критику со стороны консерваторов – блока партий ХДС/ХСС. Из-за проигрыша на сентябрьских выборах в бундестаг они, скорее всего, будут вынуждены уйти в оппозицию на ближайшие четыре года. И. о.

федерального канцлера Ангела Меркель заявила о преждевременности принятого будущей коалицией решения, поскольку Германия еще не преодолела связанные с коронавирусом трудности.

По словам кандидата на пост председателя партии ХДС Норберта Реттгена, в вопросе отмены режима эпидемии национального масштаба «партийная политика [партнеров по будущей коалиции] взяла верх над политикой, которая защищает людей».

Новый закон вызывает споры и на земельном уровне. Основная причина – сокращение полномочий федеральных земель в борьбе с коронавирусом. Согласно нововведениям, земли должны самостоятельно принимать решения о запрете массовых мероприятий, ограничении контактов в общественных местах и введении «правила 2G» (от нем. geimpft oder genesen – привит или переболел).

Но они больше не смогут самостоятельно объявлять локдаун или комендантский час, вводить ограничения на поездки, запрещать богослужения и демонстрации. Школы и детские сады могут быть закрыты только в случае вспышки коронавируса.

Премьер-министр земли Саксония-Анхальт консерватор Райнер Хазелофф заявил, что принятый закон не пойдет на пользу демократии в стране и укреплению доверия к власти.

По вступившему в силу закону новым критерием при выборе ограничительных мер станет индекс госпитализации – число госпитализированных пациентов с COVID-19 на 100 000 жителей федеральной земли в течение семи дней.

Если этот показатель равен 3, то федеральная земля должна ввести «правило 2G». Раньше политики ориентировались на семидневный показатель распространения коронавируса.

В некоторых землях Германии, в том числе в крупнейшей из них – Баварии, уже введено «правило 2G», фактически – локдаун для непривитых.

На фоне роста числа заболеваний COVID-19 в Германии все активнее обсуждают возможность введения обязательной вакцинации.

Инициативу поддерживают, прежде всего, консерваторы, среди которых премьер-министр Баварии и глава баварского Христианско-социального союза (ХСС) Маркус Зедер, премьер-министры Саксонии-Анхальт и Гессена Райнер Хазелофф и Фолькер Буфье. Сторонники принудительной вакцинации есть и среди других партий.

По мнению Винфрида Кречмана, премьер-министра земли Баден-Вюртемберг из партии «зеленых», обязательная вакцинация не нарушает гражданских свобод, а является необходимым условием, чтобы эти свободы обрести. Но и. о.

министра здравоохранения уходящего правительства, член ХДС Йенс Шпан называет идею абсурдом и подчеркивает, что вакцинация является личным выбором каждого. И. о. министра иностранных дел социал-демократ Хайко Маас заявил, что введение принудительной вакцинации было бы затруднительно с конституционной точки зрения.

В четверг, 18 ноября, на встрече Ангелы Меркель с главами федеральных земель было принято решение о вакцинации сотрудников больниц и учреждений по уходу за престарелыми и инвалидами. Инициативу поддерживают и партии будущей коалиции, в том числе и свободные демократы, ранее негативно высказывавшиеся о принудительной вакцинации отдельных категорий граждан.

Согласно последним данным опросов, на которые ссылаются центральные немецкие телеканалы, 57% немцев выступают за обязательную вакцинацию, 39% – против. Еще в августе соотношение выглядело иначе: 46% – «за», 50% – против.

На прошлой неделе глава Института имени Роберта Коха Лотар Вилер заявил об угрозе пятой волны коронавируса в Германии.

По его словам, эпидемиологическая обстановка зимой будет зависеть от того, насколько удастся ограничить контакты между людьми по всей Германии сегодня.

Вилер подчеркнул, что в сложившейся ситуации стоит избегать крупных мероприятий и больших скоплений людей в помещении. Председатель постоянной комиссии по вакцинации Томас Мертенс также заявил, что пятая волна коронавируса в Германии может начаться уже зимой.

24 ноября в Германии объявили о рекордном за все время пандемии количества зараженных – за истекшие сутки их стало 66 884 человек, 335 человек умерли.

Темпы прироста тоже оказались рекордными – 23 ноября было объявлено о 45 326 новых заболевших. Всего с начала пандемии в ФРГ новой коронавирусной инфекцией заразились около 5,5 млн человек, более 99 000 скончались.

В России 24 ноября объявили о 33 558 новых заболевших и 1240 умерших.

По последним данным, в Германии привито 67% населения. По темпам вакцинации ФРГ уступает многим другим европейским странам — например Италии (74%), Бельгии (75%), Испании (79%) и Португалии (87%). По данным Института имени Роберта Коха, сегодня примерно 26,7 млн немцев остаются непривитыми, из них 2,1 млн ждут вторую дозу вакцины.

Борьба с терроризмом

До недавнего времени как в обществе, так и в политических кругах Германии было принято считать, что опасность террористических актов на ее территории, сравнительно с Англией или Испанией, невелика, а немецкие спецслужбы достаточно своевременно выявляют и успешно ликвидируют непосредственные источники угрозы.

Однако, хотя ни одного крупного теракта в Германии за последние годы не было совершено, попытки их организовать не только предпринимались, но и заметно участились. Летом 2006 г.

взрывные устройства, изготовленные двумя радикально настроенными молодыми ливанцами, были обнаружены в оставленных ими в пригородных поездах чемоданах. В 2007 г. была обезврежена так называемая «Зауэрландская группа», в которую входили два принявших ислам немца и два турка, один из которых был гражданином ФРГ. В конце 2009 г.

была предотвращена попытка взрыва американского пассажирского самолета. 29 апреля 2011г.

арестовали предполагаемых членов Аль-Каиды из так называемой «Дюссельдорфской группы», планировавших взорвать в местах больших скоплений людей, в частности в салонах автобусов или на автобусных остановках устройства, начиненные металлическими деталями. А после того, как 2 марта 2011г.

вооруженный террорист застрелил в аэропорту Франкфурта-на-Майне двух американских солдат проблема террористической угрозы и борьбы с ней в Германии выдвинулись в центр общественных и политических дискуссий. А в десятую годовщину трагических событий 11 сентября в США в Германии сообщили о задержании в мечети Берлина подозреваемых в подготовке теракта 24-летнего гражданина ФРГ родом из Ливана и 28-летнего мигранта из сектора Газа.

По мнению большинства немецких экспертов и политиков, в Германии сегодня существует реальная опасность распространения исламского терроризма.

По данным Федерального ведомства по охране конституции, в 2010 г. в

Германии, спецслужбы зафиксировали деятельность 450 радикальных исламистов, то есть на 40 человек больше, чем годом ранее.

Особую опасность для Германии представляет так называемый «доморощенный терроризм», когда преступник или родился в ФРГ, или долгое время живет в стране, ни речью, ни манерами не отличается от большинства граждан, и никогда не привлекал внимания спецслужб.

При этом речь идет не только об экстремистах из мигрантской исламской диаспоры, но и о радикалах из среды новообращенных в ислам молодых немцев. Указывая на то, что в Германии все большее количество молодых людей симпатизирует радикальному исламизму, руководитель берлинского Фонда науки и политики Г.

Читайте также:  Немецкие существительные с предлогами. список слов с примерами.

Штайнберг считает, что в основе этого лежат конкретные политические мотивы. Имеются в виду военные действия США и их союзников в Ираке и Афганистане, считающиеся мусульманами войной Запада против ислама.

Соответственно и немецкая политика, хотя и в меньшей степени, в глазах радикалов выглядит ответственной за страдания мусульман в Ираке, Афганистане и даже Чечне. Поэтому важнейшей задачей борьбы с терроризмом в Германии Г.Штайнберг считает изоляцию террористов от тех, кто им симпатизирует и, в частности, усиление контроля за исламистской пропагандой в интернете.

Особое внимание немецких спецслужб в плане предотвращения террористической угрозы уделяется «миссионерской» деятельности в Германии нелегальных группировок салафитов, проповедующих джихад.

В конце июня 2011г.

министр внутренних дел ФРГ Ганс-Петер Фридрих инициировал проведение так называемой превентивной конференции с участием представителей крупнейших мусульманских организаций Германии и видных экспертов по борьбе с терроризмом, включая представителей спецслужб. Он призвал мусульман воспрепятствовать использованию религии в экстремистских целях и наладить «партнерство в области безопасности» между органами безопасности и мусульманами [5. c. 51].

До недавнего времени все немецкие телекоммуникационные компании были обязаны в течение 6 месяцев сохранять в своих архивах информацию о телефонных звонках абонентов, их электронной переписке и адресах в интернете, на которые они заходили. Однако, в марте 2010 г.

Конституционный суд ФРГ под давлением общественности запретил эту практику, расценив ее как недопустимое вмешательство в личную жизнь граждан.

После трагедии в Норвегии представители МВД, поддержанные большинством членов фракции ХДС/ХСС в бундестаге, потребовали возобновления сбора электронных данных, являющегося, по их мнению, важным компонентом в системе раннего предупреждения террористической угрозы.

Однако, Министерство юстиции, возглавляемое представительницей СвДП С.Лойтхойзер-Шнарренбергер, продолжало твердо отстаивать точку зрения, что сбор и хранение электронных данных нарушают конституционные права граждан ФРГ (следует отметить, что эту точку зрения разделяют большинство обозревателей немецких СМИ).

Проблема сбора и хранения данных о пересекающих границы ЕС лицах и названная выше позиция министра юстиции оказалась в центре продолжавшихся все лето 2011 г. острых правительственных дебатов по вопросу о продлении истекавшего в конце 2011 г срока действия пакета антитеррористических законов, принятого в Германии после террористического акта 11 сентября 2001 г. правительством Г. Шредера.

В результате достигнутого правящей коалицией компромисса 17 августа 2011 г. действие пакета было продлено на 4 года (представители блока ХДС/ХСС предлагали если не бессрочно, то, как минимум, на 5 лет).

К важнейшим изменениям относится упрощение процесса получения информации о перемещении воздушным транспортом (отныне все данные могут запрашиваться в центральной службе бронирования билетов, а не у отдельных авиакомпаний) а также персональных банковских данных (ее должны предоставлять не конкретные банки, а центральная служба по банковским счетам).

По настоянию СвДП, в новой редакции законов отсутствует возможность для полиции требовать от подозреваемых в терроризме допуск к их персональным банковским сейфам. Не получило достаточной поддержки предложение взимать штраф с граждан, которые не желают сообщать правоохранительным органам необходимую информацию о подозреваемых в терроризме.

Кроме того, была сформирована комиссия, призванная критически проанализировать весь действующий пакет законов на предмет их эффективности и, в частности, проверить не имеется ли дублирующих или лишних структур.

Вопросами борьбы с терроризмом занимается Министерство внутренних дел, Федеральное ведомство по охране конституции, Федеральное ведомство по уголовным делам (BKA) и Федеральная разведывательная служба (BND), а также военная контрразведка (MAD).

В настоящее время в правительстве дискутируется инициированный СвДП вопрос о возможности роспуска МАD с целью усиления BND и Федерального ведомства по охране конституции. Кроме того, в каждой из 16 федеральных земель существуют свои министерства внутренних дел и внутренние спецслужбы.

Этим объясняются такие проблемы как распыление сил и дублирование функций [7, c. 31].

Попыткой изменить ситуацию можно считать создание в 2005 г. в Берлине общего центра по борьбе с терроризмом (GTAZ). Однако этот центр до сих пор не имеет единого руководства, не участвует в планировании или проведении антитеррористических операций и служит лишь обмену информацией между полицией и спецслужбами.

Одной из важнейших для Германии проблем в сфере противодействия терроризму является соблюдение баланса между необходимыми для борьбы с терроризмом мерами и обеспечением демократических свобод.

Как уже отмечалось выше, любые, даже незначительные изменения, направленные на ужесточение антитеррористических мер, наталкиваются в немецком обществе на серьезное сопротивление, вызываемое обеспокоенностью по поводу возможного ущемления гражданских прав [4, c. 51-54].

евросоюз германия политика террористический

Сравнительный анализ борьбы с терроризмом в россии и германии

В настоящее время одной из опаснейших глобальных проблем остается терроризм. Данная угроза требует огромной работы правоохранительных органов как внутри государства, так и сотрудничества между странами, которые имеют свою собственную специфику в антитеррористической политике.

В современном мире одной из ужаснейших угроз является терроризм. Количество терактов на сегодняшний день увеличиваются увеличиваются. Государство устанавливает наблюдение за теми, кто вызывает подозрения в связи с повышенной угрозой актов насилия. Истерия по поводу террористических угроз ежегодно нарастает и пугает людей.

Существует множество определений терроризма и актов. Под «террором» понимается создание обстановки страха путем насилия. Захват заложников и незаконный оборот холодного и огнестрельного оружия помогают террористам.

Терроризм не признает границ государств. Существуют междунаодные5 организации, которые также регулируют отношения в области противодействия терроризму, к примеру это Международная Конвенция ЕС.

У населения развиваются страх по отношению к террористическим актам и насилию.

Терроризмом признается организационная деятельность групп для совершения убийств и покушений, использования насилия и захвата заложников, применением пыток, и прочее. Террористические акции, сопровождающиеся захватом заложников, наиболее сложные (Беслан 19..).

Террористы всегда стараются выбирать для актов места массового пребывания людей. Вербовщики деструктивных организаций действуют как напрямую, так и через интернет.

Терроризм является наднациональным, когда «акты насилия переходят границы, затрагивая территорию, граждан другой страны, которые не являющихся участниками акта».

Одна из стратегических целей многих стран является противодействие терроризму и обеспечение надежной защиты граждан, общества и государства от террористических угроз путем упреждения террористических акций и максимально эффективного их пресечения.

Для решения задач, стоящих перед современными государствами, при реализации антитеррористической политики используются разные подходы в организации государственных органов, задействованных в борьбе с терроризмом, и создаются различные системы и структуры: от слаженных систем, состоящих из разных силовых ведомств с четкой централизацией власти, до отдельных силовых структур, которым делегировано право осуществлять борьбу с терроризмом.

На сегодняшний день, в России создана определенная система противодействия терроризму, представляющая собой совокупность субъектов, осуществляющих комплексную деятельность по выявлению, предупреждению и устранению причин и условий, порождающих терроризм, по борьбе с терроризмом, минимизации последствий террористического характера.

Федеральная служба безопасности РФ является главным субъектом, проводящим мероприятия по пресечению террористической деятельности, осуществляющим борьбу с терроризмом посредствомпредупреждения, выявления и пресечения преступлений террористического характера, а также посредством предупреждения, выявления и пресечения международной террористической деятельности.

В Германии антитеррористическая политика схожа, так как принципы и цели борьбы с терроризмом схожи.

Борьба с терроризмом проводится:a) посредством введения и соблюдения специальных законодательных акто; б) с помощью органов, отвечающих за безопасность страны.

В Германии нет единых, всеобъемлющих федеральных законов о борьбе с терроризмом, а также в немецком уголовном законодательстве не существует специального закона, объединяющего хотя бы все основные нормы об ответственности за террористическую деятельность.

Сущностью борьбы с терроризмом является принятие мер против абсолютизации претензий на всевластие как сверху, так и снизу, в обеспечении разнообразия и свободы выражения мнений.

Отметим несколько отличительных черт организации борьбы с терроризмом и противодействия терроризму в Германии.

  1. Особо важную роль в обеспечении безопасности Германии выполняет Федеральная пограничная охрана, которая решает особые задачи и подчиняется федеральному Министерству внутренних дел. В ее задачи входит охрана государственной границы, функции железнодорожной полиции и защита от посягательств на безопасность гражданского воздушного сообщения в большинстве крупных аэропортов Германии.
  2. Для продуктивной защиты свободного демократического строя Федеральное и земельные ведомства по охране конституции собирают информацию об экстремистских намерениях и планах, представляющих угрозу безопасности, анализируют ее для федерального правительства и правительств земель, для исполнительных органов и судов. Еще одной сферой деятельности органов по охране конституции является контрразведка.

В Российской Федерации отличительным моментом борьбы с терроризмом является централизация власти органов, задействованных в реализации антитеррористической политики, четкое распределение полномочий между ними, определение головного структурного органа в лице Федеральной службы безопасности России и специально сформированная нормативная база для функционирования системы противодействия терроризму.

Как европейские страны борются с наплывом террористов-одиночек – Газета.Ru

За последние два года по Европе прокатилась волна терактов, совершенных «террористами-одиночками» с использованием автомобилей и подручных средств.

Распространение такой тактики среди джихадистов заставило власти европейских стран пересмотреть методы борьбы с терроризмом, однако новые меры не всегда эффективны.

Тем не менее, к 2018 году волна атак пошла на спад — эксперты связывают это с сокращением объемов онлайн-пропаганды ИГ (организация запрещена в РФ).

Год назад ехавший на огромной скорости грузовик врезался в толпу на пешеходной улице в центре Стокгольма. Шведские власти признали произошедшее терактом. Это была первая террористическая атака в истории современной Швеции, повлекшая за собой жертвы — в результате наезда погибли пять человек, еще 14 получили ранения.

Исполнителем теракта оказался 39-летний выходец из Узбекистана Рахмат Акилов, связанный с запрещенным в России «Исламским государством» (ИГ). Он был задержан спустя несколько часов после атаки и признал свою вину во время допроса. Суд над Акиловым начался в Стокгольме в феврале этого года.

Волна террористических атак прокатилась по Европе в 2016-2017 годах, и помимо Швеции затронула также Бельгию, Францию, Германию, Великобританию и Испанию. Нападения заставили Евросоюз задуматься о состоянии террористической безопасности в Европе и пересмотреть методы борьбы с терроризмом.

Читайте также:  Врач в германии

Последние атаки в Европе стали свидетельством смены тактики террористов. Если раньше теракты осуществлялись с использованием бомб и «поясов смертника» с целью повлечь максимальное количество жертв, то теперь прослеживается тенденция к использованию в атаках транспортных средств, а также ножей и другого оружия, позволяющего совершить теракт в одиночку.

От скоординированных атак террористы перешли к одиночному джихаду — когда члены группировки или ее сторонники сами выбирают цель атаки и методы, исходя из того, к чему они имеют доступ — оружие, автомобиль или взрывные устройства. На фоне поражений ИГ в Сирии и Ираке группировка призывала своих сторонников именно к индивидуальному джихаду.

Атаки таких «волков-одиночек» сложно предотвратить, так как предсказать подобное нападение весьма затруднительно из-за отсутствия разведданных.

«Идеального средства» для борьбы с такими террористами-одиночками, к сожалению, не существует, отмечает директор программ Европейского центра стратегических исследований и безопасности ESISC Евгения Гвоздева.

Она напомнила о недавнем теракте на юго-западе Франции, где 23 марта мужчина марокканского происхождения застрелил автомобилиста, похитил его автомобиль, открыл огонь по группе полицейских, ранив одного из них, а затем захватил заложников в супермаркете.

Данный эпизод показал, что, даже располагая сведениями о конкретных сторонниках радикального ислама, спецслужбы зачастую не имеют возможности предотвратить теракт, так как при нынешнем количестве исламских радикалов обеспечить наблюдение за ними попросту невозможно, констатирует Гвоздева.

Так, французским спецслужбам известно о 4 тыс. человек, которые могут представлять серьезную угрозу национальной безопасности. В Германии же, по данным на декабрь 2017 года, проживают 720 исламистов, которые потенциально могут совершить теракт, причем половина из них — в группе высокого риска.

В декабре 2016 года террорист протаранил рождественскую ярмарку в центре Берлина на грузовике, в результате чего погибли 11 человек.

Спустя год следователи опубликовали отчет, в котором резко раскритиковали полицию Берлина и указали на серьезные ошибки в действиях правоохранителей по отношению к «берлинскому террористу» Анису Амри.

Он находился под контролем спецслужб, но его не посчитали нужным вносить в группу высокого риска и не преследовали, хотя он неоднократно нарушал закон и общался с членами ИГ в Сирии.

Те же претензии были к сотрудникам британской полиции после теракта в Лондоне в июне прошлого года, когда фургон заехал на тротуар на Лондонском мосту и начал давить прохожих (погибли семь человек). Как выяснилось, власти знали о радикальных взглядах одного из нападавших — 27-летнего выходца из Пакистана Хурама Батта.

При этом у правоохранителей не было разведданных, на основании которых можно было бы предсказать и предотвратить тот теракт. Спустя несколько дней после атаки британский Королевский Объединенный институт оборонных исследований (RUSI) сообщил, что в стране насчитывается порядка 20 тыс. экстремистов, но у спецслужб не хватает ресурсов отслеживать их деятельность на постоянной основе.

Барьеры для защиты от джихада

В настоящее время концепция борьбы с терроризмом в большинстве европейских стран является скорее комплексом ответных мер, нежели целостной стратегией, отмечает Евгения Гвоздева.

«Внимание [спецслужб] приковано в первую очередь к тем европейским джихадистам, которые уехали в Сирию и Ирак и могут в ближайшее время вернуться домой.

При этом мало кто учитывает тот факт, что последними терактами, осуществленными вернувшимися из Сирии террористами, стали взрывы в Брюсселе 22 марта 2016 года, в то время как все последующие теракты в Европе были совершены джихадистами, которые никогда не ездили в «зоны международного джихада», — объяснила она «Газете.Ru».

В связи с волной автомобильного терроризма все чаще используются «барьерные» методы защиты — бетонные или мобильные заграждения в местах скопления людей. Однако эффективность таких мер ограничена, поскольку барьеры позволяют защитить конкретную зону и инфраструктуру, но не предотвратить теракт.

Спустя год после теракта на Английской набережной в Ницце, когда террорист на грузовике въехал в толпу людей, собравшихся посмотреть на фейерверк в честь Дня взятия Бастилии, городские власти приняли меры, чтобы защитить туристов от подобных атак.

Стоимость проекта, по разным данным, составила от €16 до €20 млн. Вдоль набережной установили столбы, препятствующие движению автомобилей. Конструкции уходят на 2 метра под землю и способны выдержать напор до 20 тонн.

После теракта в Лондоне на трех мостах в городе были установлены дополнительные барьеры между проезжей частью и тротуаром, а на улицах было увеличено количество полицейских. Помимо этого, была ужесточена процедура аренды транспортных средств.

Аналогичные меры предприняли в немецких городах после теракта в Берлине в конце 2016 года. Бетонные блоки для предотвращения автомобильных атак установили на рождественских рынках в Гамбурге, Штутгарте и Дрездене.

Канцлер Германии Ангела Меркель также подписала пакет законопроектов в сфере безопасности, предполагавшие усиление видеонаблюдения в общественных местах, обеспечение полицейских нагрудными камерами и использование автоматических устройств для считывания регистрационных знаков транспортных средств.

Опыт Германии

Берлинский теракт коренным образом изменил стратегию немецких спецслужб по борьбе с терроризмом, отмечается в исследовании ESISC, опубликованном в марте 2018 года. Уже спустя год после атаки МВД Германии объявило о значительном прогрессе в борьбе с терроризмом в стране.

Через три месяца после происшествия на рождественской ярмарке Федеральное ведомство уголовной полиции представило новую систему для оценки риска RADAR-iTE, которую оно разработало совместно с судебными психологами из Констанцского университета.

Как писала газета Suddeutsche Zeitung, работа системы базируется на анализе ответов на 73 стандартизированных вопроса о социализации человека, его отношении к насилию, а также о его семейных связях, уровне интеграции и безопасности работы. На основе анализа человеку присваивается одна из трех категорий риска: умеренный, значительный или высокий. Полиция планировала начать использование RADAR-iTE летом 2017-го.

В начале прошлого года правительство Германии одобрило законопроект, регулирующий использование данных пассажиров из систем бронирования для предотвращения террористических преступлений.

Законопроект обязывает авиакомпании предоставлять странам Евросоюза данные о своих пассажирах, чтобы помочь властям бороться с терроризмом и другими серьезными преступлениями. Он подвергался критике в течение пяти лет, однако после парижских терактов в ноябре 2015 года уровень возражений против его принятия значительно снизился. Документ должен вступить в силу 25 мая 2018 года.

Летом прошлого года парламент Германии также одобрил законопроект о компьютерном и сетевом наблюдении. Он уполномочивает власти страны взламывать компьютеры, прослушивать смартфоны, а также получать доступ к перепискам пользователей в мессенджерах.

В начале 2018 года полицейским было разрешено использовать шпионское программное обеспечение FinSpy, позволяющее обходить шифрование и перехватывать сообщения в таких популярных мессенджерах, как WhatsApp, Telegram и Signal. Так в полиции планируют повысить эффективность в работе по выявлению лиц, подозреваемых в терроризме, торговле наркотиками и уклонении от уплаты налогов.

В июле 2017 года в Германии был принят закон, позволяющий спецслужбам контролировать потенциальных террористов с помощью электронных браслетов, однако до сих пор он играл второстепенную роль в работе по предотвращению терроризма.

В стране также действует закон о депортации преступников-иностранцев. По данным ESISC, за прошлый год из страны депортировали 36 человек, представляющих потенциальную террористическую угрозу. Вместе с тем, закон запрещает депортировать просителей убежища в Германии, если в родных странах им угрожает опасность.

Волна терактов пошла на спад

Сейчас почти все страны, которые затронула волна терактов, работают над модернизацией своего антитеррористического законодательства, включая нормы, регулирующие механизмы сбора данных (видеонаблюдение, прослушка, регистрация и передача данных о несовершеннолетних и т.д.).

  • «Кстати, во многих случаях законопроекты были далеко не новыми и в течение многих лет они безуспешно лоббировались органами безопасности, встречая большое сопротивление в парламенте и были приняты только после терактов», — отмечает директор программ ESISC Евгения Гвоздева.
  • Самой эффективной в долгосрочной перспективе мерой противодействия терроризму в Европе эксперт называет борьбу с пропагандой радикального ислама.
  • Она подразумевает блокировку аккаунтов, распространяющих пропаганду терроризма в соцсетях, введение уголовной ответственности за пропаганду терроризма в интернете, ужесточение контроля за деятельностью мечетей (в первую очередь салафитских) и попытки вывода их из-под контроля Саудовской Аравии, а также ужесточение контроля за деятельностью исламских организаций.

«Но о результатах подобных мер можно будет говорить лишь через 10-15 лет», — предупреждает собеседница «Газеты.Ru». Ужесточение миграционной политики как мера предотвращения террористической угрозы является, по ее словам, «самым болезненным и спекулятивным вопросом для стран Западной Европы».

«При том, что подавляющее большинство терактов было осуществлено террористами с североафриканскими или ближневосточными корнями, большинство из них были гражданами Европы, причем многие — не в первом поколении.

Практически единственным исключением в этом отношении является на сегодняшний день Германия — единственная страна, где практически все теракты последних двух лет были организованы свежеприбывшими мигрантами», — отмечает директор программ ESISC.

Отдельной головной болью для европейских спецслужб остается проблема возвращения европейских джихадистов из Сирии.

Если в отношении взрослых джихадистов, воевавших на Ближнем Востоке на стороне ИГ, «Аль-Каиды» (запрещены в России) и других террористических группировок, уже существует ряд законодательных мер, то вопрос о том, что делать с подростками, которые провели несколько лет в лагерях боевиков, остается открытым, говорит Гвоздева.

«Кроме того, с сентября 2017 года власти многих европейских стран уже и не скрывают, что одной из целью их участия в антиигиловской коалиции в Сирии является ликвидация европейских джихадистов. Нет террориста — нет проблемы», — добавила она.

Волну индивидуального джихада в Европе 2016-2017 годов спровоцировали призывы ИГ к своим сторонникам совершать автономные атаки.

«С 2016 года, утратив возможность организовывать и координировать сложные операции в Европе из Сирии, ИГ стал активно призывать своих последователей в Европе именно к автономному джихаду, буквально наводнив интернет и социальные сети своими пропагандистскими материалами на многих языках», — объяснила Гвоздева.

Она отметила, что к концу 2017 года благодаря усилиям европейских служб безопасности, новой политике социальных сетей, а также авиаударам коалиции в Сирии, которые фактически вывели из строя работу медиа-ресурсов ИГ, объем онлайн-пропаганды группировки удалось сократить практически на 90%.

«Как мы наблюдаем, именно в этот период волна индивидуального джихада в Европе пошла на спад. Так, на сегодняшний день уже можно установить четкую зависимость между объемом онлайн-пропаганды и количеством актов индивидуального терроризма», — резюмировала эксперт.

Ссылка на основную публикацию