Детство в германии. быть ребенком в германии

Детство в Германии. Быть ребенком в Германии..

Быть ребенком в Германии – это значит в первые минуты рождения оказаться на ручках у своего папочки. Потому что мамочки в Германии без папочек по роддомам не ходят))

Быть ребенком в Германии – это значит не есть каши. “Урааааа!!!!” – закричала бы добрая половина деток, уставших от утренних каш. А некоторые ведь кашу любят. И хотят её. Или могли бы полюбить. Если бы им её давали. Но нет. Малыш, ты немец? Тогда – ешь хлеб.

Ешь колбасу. И даже не мечтай о каше!
И суп в тебя литрами вливать не будут. А тем более причитать: “ложечка за маму, ложечка за папу”. Жуй себе брецель! А не хочешь ничего не жуй. Никому и в голову не придет, что ты слишком мало ешь.

Бледненький какой-то… Гемоглобинчик бы проверить…

Ах да: встречи с врачом – это сплошное удовольствие. Никаких анализов, врач улыбается – разговаривает, спрашивает “как дела?”. И еще конфетки дарит. Будто и не врач – а работник развлекательного учреждения. Прелесть!

Быть ребенком в Германии – это значит начать ходить в школу в строго определенный год ( от земли зависит!).

Живёшь в Баден-Вюртембурге и тебе исполнилось 6 лет до начала октября текущего года— значит пойдешь в школу. И никаких : а может подождем еще годик. Пора учить буковки и цифры.

Дома ведь ты их еще не учил, и знать не знаешь сколько будет 2+2. И правильно! Зачем это раньше времени знать-то?

Буквы и цифры — не то, зачем стоит гнаться. Вот путешествия…. – это другое дело. Быть ребенком в Германии – значит много путешествовать.

Некоторым повезло больше – они даже Рио успели повидать в свои 3 года, но и тебе не стоит жаловаться. Северное море, рождественская ярмарка в Страсбурге, Леголанд, песочек на Майорке.

Столько не каждый взрослый-гражданин другой страны видел. А тебе всего каких-то пять лет.

Быть ребенком в Германии – это значит надевать памперсы столько, сколько тебе понадобится. И не будет твоя мама на первый твой день рождения тебе горшок подсовывать.

Хочешь – писай в него, не хочешь – приходи через два года. Ты ничего никому не обязан.
И соску соси сколько вздумается. Хоть до первого класса. Вот с маминой грудью тебе повезло меньше.

Потому что мама – это тоже человек, а не твоя личная сосательная фабрика.

Мамочка никогда не скажет: ” А ну-ка иди встань у угол!!!” Или: чего ревешь а? Ты что девочка что ли?” И ей даже в голову не прийдет заорать: “ААА, что ты наделал со своей курткой? Я же ее только вчера купила!!! ” И драть себе волосы на голове из-за какого-то там пятна на твоей одежде.

Быть ребенком в Германии – это значит говорить знакомой соседке лет 50-ти: привет, а куда ТЫ идешь? И обращаться на “ты” не только к соседкам, но и к воспитателям в саду, к врачам, ко всем тетушкам-дяденькам – знакомым и только сегодня впервые встретившимся, а иногда – даже к учителям!

Быть ребенком в Германии – это значит искать цветные и шоколадные яйца, которые спрятал зайчик в пасхальное воскресенье. А ещё каждый год вечером 5 декабря готовить сапожок для Николауса, чтобы наутро найти в нем разные вкусности.

Быть ребенком в Германии – это значит, радоваться не  пятеркам, а единицам и двойкам. Такая вот система оценок!

Быть ребенком в Германии – это значит, узнать рано, что у тебя есть права и никто не вправе нарушать твои личные границы. Даже родная мамочка….

Источник: https://www.das-germany.de/byit-rebenkom-v-germanii/

Германия дети и родители: Права Детей в Германии?

Чтобы обеспечить хорошую жизнь ребенку в немецких городах в среднем его родители должны потратить около 580 евро за один месяц. Родители более зажиточные могут позволить себе «вложить» в своего отпрыска и значительно большую сумму.

Так что, до того момента, как ребенок достигнет совершеннолетнего возраста, родители израсходуют на его воспитание около 200 тысяч евро.

Так что, финансовый вопрос является ключевым, но далеко не единственным вопросом, над которым задумываются немецкие родители.

Германия не та страна, где к ребенку выказывается очень дружелюбное отношение. Иногда чувствуется, что дети не дают никому нормально жить и вообще не наличие детей общество не одобряют.

В Германии очень мал шанс того, что у родителей будет возможность одновременно и карьеру построить, и воспитать ребенка.

 Тем не менее, немецкое правительство выпустило ряд законов, которые охраняют право человека завести ребенка.

Германия дети и родители: Закон об охране матерей, «материнский отпуск»

Так, там действует закон об охране матерей, который действует для всех представительниц прекрасного пола, которые трудятся полный или неполный рабочий день. Только две группы дам не защищены этим законом – женщины, работающие по дому, и те, что занимаются предпринимательской деятельностью.

Закон обеспечивает сохранность за матерью рабочего места в течение шести недель до вероятного срока родов и в течение восьми недель с момента появления чада на свет.

К тому же, если женщина родила раньше срока или роды были многоплодные, рабочее место сохраняется за ней в течение двенадцати недель, после того как ребенок родится.

Перед родами женщина может не работать. Однако, на свое усмотрение, она может осуществлять рабочую деятельность.

После рождения ребенка женщине воспрещается осуществлять трудовую деятельность, все время, которое предусмотрено законом как отпуск материнству, мать должна потратить по прямому назначению.

В течение всего срока женщине выплачивается пособие по медицинскому страхованию. Материнский отпуск в итоге дает матери около тысячи евро по страховке. К тому же, определенную сумму выплачивает женщине и работодатель.

С 2007 года в Германии ввели закон о том, что после отпуска по материнству родитель может взять отпуск по уходу за ребенком. Длительность декретного отпуска составляет 3 года.

Если работают оба родителя ребенка, они имеют право разделить отпуск на две части. Часть его можно «оставить за собой» и уйти в него позже, например, когда ребенок пойдет в школу.

Так же, декретный отпуск позволяет работать, но не более 30 часов в неделю. В остальном, все время родитель обязан проводить с ребенком.

Родители в Германии могут оформить специальное заявление, которое даст им право получать пособие по уходу за отпрыском.

Оформить его нужно не позднее, чем спустя три месяца с момента появления ребенка на свет. Выплачиваются средства каждый месяц на протяжении года. Величина денежных выплат напрямую зависит от заработной платы родителей.

Чем больше родители зарабатывают, тем меньше будет процентная ставка пособия.

Есть еще одна финансовая компенсация, которая подразумевает денежные выплаты для детей. Первые два ребенка обеспечивают родителям дополнительный доход в 184 евро на каждого.

За третьего ребенка выплачивают уже 190 евро, а за следующих детей – 215 евро. Пособие начисляется вплоть до того момента, когда ребенок достигнет совершеннолетия.

Если после 18 лет ребенок все еще получает школьное или профессиональное образование, срок выплаты можно продлить.

Германия дети и родители: Права и обязанности немецкого ребенка

Права и обязанности немецкого ребенка зависят от его возраста. Так, с появлением ребенка на свет, он сразу наделяется гражданством и основными правами.

Как только ему исполняется шесть лет, ребенок наделяется обязанностью ходить в школу. Он так же имеет право смотреть фильмы, положенные ему по возрастной категории, без наблюдения со стороны взрослого. Однако, заканчивать просмотр он должен не позднее 8 часов вечера.

До семи лет отпрыск считается недееспособным и, соответственно, не может нести ответственность за причиненный им ущерб.

Однако, как только ребенку исполняется 7 лет, он признается относительно дееспособным и может частично нести ответственность за свои действия.

Ребенок имеет право без участия взрослых принимать решения, которые приносят ему выгоду, к примеру, брать подарки. Ребенок может быть привлечен к ответственности, если он причинил какой-либо ущерб.

По достижению четырнадцатилетнего возраста, ребенок может определиться со своим вероисповеданием, в том случае, если в первые 9 лет его жизни этого не сделали за своего отпрыска родители.

Десятилетний ребенок может оформить удостоверение с фотографией и сидеть в автомобиле на переднем сидении. После 14 лет ребенок может работать на оплачиваемой работе, но только в сельском хозяйстве и в ограниченный промежуток времени.

В 14 лет ребенок становится подростком, в это время он уже может выражать мнение по многим вопросам, в том числе вопросам развода родителей (учитывается его мнение, с кем он хочет остаться), усыновления. Так же, он может привлекаться к уголовным разбирательствам. Годом позже ребенок уже может официально трудиться на оплачиваемой работе полный рабочий день. Шестнадцатилетние подростки, иногда, могут заключать брак.

В 18 лет подросток

Источник: http://lifeistgut.com/germaniya-deti-i-roditeli/

Детство в нацистской Германии. Что рассказывают об этом немцы

Фиона Макдоналд BBC Culture

Image caption Война недавно закончилась, и берлинские дети играют среди разбомбленных зданий и подбитых танков

В недавно вышедшей в берлинском издательстве книге собраны воспоминания «Kriegskinder», «детей войны», немцев, чье детство прошло в нацистской Германии. Один из авторов книги фотограф Фредерика Хельвиг рассказывает, как этим людям запомнилось военное время и о чем они предпочитают не вспоминать.

Их воспоминания несут на себе налет, присущий детству — они фрагментарные, порой яркие, порой размытые. Читая их, словно оказываешься там, в тех годах, в той обстановке. Рядом с текстом — фотографии пожилых людей, к детству которых мы только что прикоснулись.

По-немецки их называют Kriegskinder, или «дети войны»: во время Второй мировой они росли в нацистской Германии.

«Однажды я гуляла у маленького берлинского пруда, — вспоминает Бригитта, которая родилась в 1937 году в Дортмунде. — В воде плавала мертвая женщина, лицом вниз. Ее юбка надулась, и ветер гнал тело через пруд, как парусник».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Бригитта родилась в 1937-м

Подобные рассказы, вместе с 44 фотопортретами, собраны в книге Kriegskinder. Фотограф Фредерика Хельвиг снимала этих людей, а Анна Ваак записывала их воспоминания.

Некоторые из них рассказывали о том времени впервые: многое из того, что увидели детские глаза, ужасает своей обыденностью.

Еще дымящийся окурок сигареты, камешки, которые швыряют в рот мертвому, два кустика помидоров на балконе разбомбленного дома… Мелкие детали, которые бессознательно запечатлеваются в мозгу и предлагают новое видение того, что уже вроде бы неоднократно описывалось историками.

«Передо мной эта тема раскрылась эмоционально, а не через историю или статистику (что они делали, как они делали — в общем, всё то, с чем мы выросли и что уже знаем), — рассказала Хельвиг корреспонденту BBC Culture. — Проблема с такими рассказами всегда в том, что виновные, преступники — это кто-то другой. Мы постарались разобраться в том, как это могло случиться — ведь это было практически в каждой немецкой семье».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Никлас, родившийся в 1939 году, написал книгу «Тень рейха», воспоминания о своем отце Гансе Франке, в 1940—1945 годах — генерал-губернаторе оккупированной нацистами Польши

Один из ее героев, пожалуй, больше чем другие, сделал для того, чтобы разобраться с прошлым.

Родившийся в 1939 году Никлас Франк — сын Ганса Франка, нацистского генерал-губернатора оккупированной Польши, одного из главных организаторов масштабного террора в отношении польского и еврейского населения этой страны (после окончания войны Ганс Франк был арестован и приговорен к смертной казни на Нюрнбергском процессе. — Прим. переводчика).

В получившем высокие оценки документальном фильме «Мое нацистское наследие: что сделали наши отцы» Никлас Франк ездил по Европе вместе с британским юристом-правозащитником Филиппом Сэндсом (дед Сэндса, выступающего в фильме рассказчиком, потерял в годы Холокоста большую часть своих польских родственников. — Прим. переводчика).

Воспоминания Франка в книге «Дети войны» относятся именно к польскому периоду в жизни его семьи. Он рассказывает, как с матерью и няней ездил за покупками в краковское еврейское гетто.

«Мы ездим по гетто, мать покупает меха и шарфы, платя столько, сколько сама решила. Я стою на заднем сиденье «Мерседеса», рядом со мной сидит моя няня Хильда, моя мать — на переднем сиденье рядом с шофером, — вспоминает он. — На мне черно-белый костюмчик».

«Люди грустно смотрят на нас. Я показываю язык какому-то мальчишке старше меня. Он разворачивается и уходит, и мне кажется, что я победил. Я торжествующе смеюсь, но няня молча усаживает меня на сиденье».

Хотя это детские впечатления, сейчас они вызывают не умиление, а беспокойство. «Большая часть воспоминаний в этой книге — разрозненные фрагменты реальной жизни, — говорит Хельвиг. — То, о чем эти люди рассказывают, — интересно. Но интересно и то, о чем они не говорят».

Читайте также:  Свадьба по-немецки.свадебный лексикон: помолвка,брак, молодожены

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Вернер родился в 1936-м

Многие из них описывают чужую смерть только так, как ее мог увидеть ребенок. «Напротив нашего дома лежал повешенный. Немец.

Он пытался спрятаться от войны в разрушенном здании, и его повесили на фонарном столбе, — говорит Вернер. — Когда он умер, веревку обрезали.

Он лежал там несколько дней с открытым ртом, и мы, дети, бросали ему туда камешки».

«В конце концов его убрали и закопали на обочине. Но поскольку на городских улицах не должно быть мертвых, приехали грузовики, его и другие тела откопали и побросали в кузов. Мы, дети, за всем этим наблюдали. После этого мы пошли обедать. На обед была кукурузная каша, но у меня в голове были только эти тела в порванной одежде и с торчащими костями. Я не мог есть, меня тошнило».

События прошлого возвращаются в «Детях войны» со всеми запахами, звуками и вкусом того времени.

«Многие до сих пор помнят, как прятались в бомбоубежище, звуки сирен воздушной тревоги, воздушные налеты, страх на лицах взрослых, мертвые тела, раненых, повешенных, самоубийц, разбомбленные дома.

Помнят, как играли на развалинах», — пишет в предисловии к «Детям войны» Александра Зенффт, внучка нацистского преступника (Ганс Элард Людин, посол Германии в Словакии, ответственный за депортацию в лагеря смерти 70 тысяч словацких евреев. — Прим.

переводчика) и автор книги «Длинная тень прошлого» (о том, через что ей пришлось пройти, когда она узнала всю правду о злодеяниях своего деда).

«Воспоминания — отчетливые или смутные, с картинами бегства, с «русскими», с до сих пор ощущаемым чувством голода, со вкусом шоколада, который раздавали американские солдаты…»

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Аннелиза, родилась в 1938-м: «Слышу это как сейчас: наверху, в синеве чистого неба, бомбардировщики — серебристые, строем, высоко-высоко и оглушительно громко»

«Признать, что преступник — твой отец или твоя мать, и как-то примирить это знание с любовью, которую ты к ним испытывал… Это порождает двойственность и невыносимое напряжение», — пишет Зенффт.

«Часто скрываемые преступления прошлого весят так тяжело, что это ломает психику потомков. Это невозможно переварить: как любимый и любящий отец мог одновременно быть убийцей?»

«Малая часть ухитряется как-то разъединить в своей душе преступника и любимого родителя, сохранив обоих по отдельности. Но большинство либо отрицает преступления, совершенные родственником, либо отрекается от него».

После войны прошло уже много лет, но из семейной памяти она никуда не делась.

«То, с чем Kriegskinder не смогли справиться, они передали нам, внукам, — пишет Зенффт. — Психологи обнаружили, что многие внуки сделали опыт своих дедов частью собственной жизни, даже если о нацистском периоде в семье никогда не говорили».

Хельвиг стала задумываться обо всем этом, когда у нее самой появились дети.

«Идея этой книги родилась, когда я разговаривала с друзьями о том, как нам рассказывать собственным детям об истории нашей страны, как сделать, чтобы им это было интересно, и как научить их ответственности за то, что произошло, ответственности, которая приходит вместе со знанием о прошлом».

«И из тех разговоров возникло понимание: те странности, которые мы иногда видели в своих родителях, показывают, что они росли во время войны. И это раскрыло для нас новые возможности для диалога с ними».

Это было главной ее целью — начать диалог. «Каждый немец знает о Холокосте, нам об этом рассказывают в школе, опубликована масса документов… Но вот о чем никогда не говорилось в немецких семьях — это о том, что именно делал ваш прадедушка и что в связи с этим случилось. Это по-прежнему что-то вроде табу».

Не обязательно потому, что дети войны не хотят об этом говорить. «То поколение долгие годы несло это знание в себе, и большинство тех, с кем мы разговаривали, довольно свободно говорили на эту тему. Но добавляли, что многим неинтересны их рассказы».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Карл, родился в 1941-м: «С конца войны двое военнопленных из Силезии работали у нас, муж и жена, примерно возраста моего отца… Перед обедом мы всегда молились»

Хельвиг надеется, что ее книга поможет изменить это. «Эти рассказы рождают эмоции. А эмоции рождают любопытство и желание задавать новые вопросы, вести откровенный разговор, который необходим для оценки того времени», — говорит она.

«Речь не идет о том, чтобы возложить вину на целое поколение. Важно попытаться подтолкнуть представителей разных поколений к откровенному разговору».

Книга Kriegskinder заканчивается цитатой из израильского психолога, психотерапевта, исследователя коллективной памяти о нацизме и последствий Холокоста Дана Бар-Она: «Вооруженные конфликты приводят к появлению в обществе зон молчания. Поступки и ответственность преступников замалчиваются. Как и страдания жертв, как и роль сторонних наблюдателей… Это молчание часто передается из поколения в поколение».

«Дети войны» опубликованы тогда, когда происходящее в мире снова дает срочный повод начать говорить об этом.

«Книга вновь напоминает о том, что произошло много лет назад — но это не значит, что не может случиться опять, — подчеркивает Хельвиг. — Когда мы начинали над ней работать в 2014 году, мир был совершенно другим».

«Когда я говорила своим немецким друзьям, что готовлю книгу о детях войны, они реагировали примерно так: «А, интересно. Но нужно ли нам об этом говорить сегодня? Посмотри на Германию».

«Это были годы Меркель и Обамы — и вдруг, всего два года спустя, перед Германией, Европой и Америкой раскрылись совсем иные возможные сценарии».

В своем предисловии Зенффт указывает на то, насколько заразительным может быть коллективное молчание.

«Исследования показывают, что травмы и тяжелый стресс могут передаваться по наследству. И то, с чем не разобрались, переходит к следующему поколению».

И это выходит далеко за рамки отдельной семьи. «То, что заметено под ковер, о чем умалчивается внутри семьи, неизбежно вырывается и проникает в общество и политику».

Выставка «Дети войны» будет работать в Берлине в F3 со 2 февраля по 8 апреля 2018 года.

Ниже мы приводим отрывки из книги, вышедшей в берлинском издательстве Hatje Cantz.

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Рене родилась в 1937-м

«Поскольку я сильно недоедала, меня отправили к моей двоюродной бабушке в Швейцарию. Она была замужем за обойщиком мебели, в доме всегда приятно пахло кожей, но по квартире бегали муравьи. Бабушка клала на пол селедочные головы, чтобы отпугивать муравьев».

«В квартире был роскошный диван, и на нем лежали маленькие брошюры. Днем бабушка часто уезжала в Цюрих, и я как-то заглянула в одну из них. Я пришла в ужас, когда обнаружила, что брошюры — о концлагерях, и что такие лагеря — в Германии. Там были такие иллюстрации… Однажды кто-то на улице городка ударил меня по щеке и закричал: «Ты поганая немка!» Я плакала».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Петер родился в 1941-м

«Русские солдаты — они были маленького роста и ехали на маленьких лошадках — захватили ферму, на которой жила наша семья. Они застрелили нашу большую собаку, кеесхонда (порода немецких шпицев — Прим. переводчика), потому что он лаял. Он был моим другом. Один солдат посадил меня на лошадь и покатал по деревне».

«В день моего рождения в 1945 году мама решила попробовать бежать с нами, детьми, с бабушкой и еще несколькими нашими родственниками, на Запад. В спешке она перепутала мои ботинки — левый надела на правую ногу, а правый — на левую. Мы шли целый день, километр за километром, и она не слышала, как я жаловался».

«Вдоль дороги лежали мертвые люди и мертвые лошади — все вперемешку. Мы ночевали в сараях, на брошенных фабриках, в поездах, в лагерях с душем от вшей, с жидким супчиком из полевой кухни. Иногда нас бомбили. Пока мы шли, бабушка и еще несколько родственников умерли. Выжили только я, моя мама и моя сестра».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Вольф-Дитер родился в 1941-м

«Когда пришли русские, наша Лизбет забралась в коробку, полную листовок с изображением Гитлера. Все окна в доме были выбиты. Мать сидела с нами, детьми, в песочнице во дворе, ей казалось, что так с ней ничего не случится.

Когда солдат вылез из подвала, я схватил его за штанину и закричал: «Проклятый русский, оставь мою Лизбет в покое!» И он мне ничего не сделал».

«С виллы напротив слышался ужасный шум, и моя бабушка с решительным видом отправилась туда. Там на кровати лежали мать и дочь, голые, изнасилованные, с перерезанным горлом. Бабушка кричала на пьяных русских до тех пор, пока они не ушли. Моя мать, которая была врачом, осмотрела обеих женщин и сказала, что они мертвы. Их похоронили в саду».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Гизела родилась в 1939-м

«День за днем люди шли и шли мимо нашего дома. Когда по радио объявили, что Силезию надо покинуть, мы пошли на восток вместе с остальными. Каждый вечер, когда темнело, всем нужно было уйти с дороги, и каждый искал себе место для ночлега».

«Однажды вечером мы нашли приют в доме пожилой женщины, у которой было очень много кошек. Когда мы обедали, животные вдруг начали дико прыгать вокруг, по столу и стульям. Наша бабушка была рассержена».

«Женщина не позволила нам остаться у нее, и мы спрятались в старой шахте. Когда завыли сирены, поднялась паника. В шахту набилось много народа, кто-то не удержался на ногах, и его затоптали. Кошки нас предупредили и спасли нам жизнь».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Ханнелора родилась в 1936-м

«У моей матери болел живот, но она тянула до последнего, и в конце концов сосед отвез ее в больницу. Врачи сказали, что аппендикс прорвался, и гной уже проник в брюшную полость. Сказали, что поможет пенициллин. Его можно было достать только на черном рынке. Когда моей тете удалось его найти, было слишком поздно».

«Мою мать засунули в тесное пространство между ванной комнатой и больничным коридором. От нее шел запах гниющей плоти. Когда она попросила пить, я бегала по городу, ища ей лимонад, вся в слезах. Вскоре она умерла».

Правообладатель иллюстрации .

Image caption Хорст родился в 1941-м

«Зима была такая холодная, что по Рейну плавали льдины. Город лежал в руинах, и развалины были отличным местом для игр. По дороге в школу я проходил мимо кирхи. Одна из двух колоколен была разрушена, но на второй все еще висели колокола. (…) Мама говорила мне: вот здесь была больница, где ты родился. Теперь там стояли одни стены. Точно так же выглядел и наш дом на Блюментальштрассе, где мы жили до войны.

Я нашел остатки того, что было моей детской коляской, на стальном скелете бывшего нашего балкона».

«Кельнский собор вроде не был сильно поврежден. Только в одном месте в него попала бомба или снаряд. Чтобы башня не обвалилась, дыру заложили кирпичом.

Мост Гогенцоллернов был полностью разрушен, его обломки лежали в Рейне. Американские солдаты соорудили временный мост, который называли мостом Паттона. Паттон — американский генерал.

Когда автомобили ехали по этому мосту, особенно грузовики, его деревянное покрытие гремело».

Прочитать оригинал этой статьи на английском языке можно на сайте BBC Culture.

Источник: https://www.bbc.com/russian/vert-cul-42885610

«Русская семья в Германии: «Здесь хорошо относятся к любому ребенку»»

Редактор Мамсила<\p>

Уехать с семьей в другую страну – смелое решение, даже сейчас, когда границы сильно расширились и можно запросто выбрать, как жить и где жить.

Мы поговорили о стереотипах, школе и немецком дружелюбии с Ириной Калугиной, которая с мужем и детьми переехала жить в Германию.

– Ира, расскажите в нескольких словах о себе – как вы переехали в Германию? Как все складывается?

– Мой муж получил предложение о работе во Франкфурте. Мы никогда не были здесь до этого, но сразу решили, что не собираемся упускать такую возможность. Да и вернуться всегда можно. Так и решили, за один вечер. Муж переехал позапрошлой зимой, а мы к нему присоединились спустя полтора года.
Есть две вещи, по которым я действительно скучаю. Во-первых, это друзья и семья. Даже несмотря на социальные сети, все равно кажется, что жизнь там у них бурлит, а я все пропускаю. Во-вторых, наша культура, особенно театр. Это заменить никак невозможно. Тут есть опера, вполне неплохая, но драматический театр нам недоступен. Пока я мечтаю приехать в Москву и, хотя бы разок, в театр сходить. Ну и еще разок – с детьми.

Читайте также:  Средняя зарплата в германии. на что уходит зарплата немца?

– А как обстоят дела со школой в Германии?

– В этом году наш первый учебный день был 14 августа. 12 августа мы вернулись из отпуска, это была суббота. И поняли, что к школе не готово ничего – ни тетрадок, ни ручек. А в воскресенье ни один магазин не работает (вот с этим я смириться никак не могу – моя боль, почти как с театром)! Помчались сразу из самолета в магазин. К счастью, таких несобранных родителей, как мы, оказалось не много, и никаких жутких очередей мы не встретили. Нам прислали по почте (обычной почте, в конверте и с маркой – это вообще самый распространенный способ коммуникации в Германии) приветственное письмо и список принадлежностей, которые надо купить. Нам казалось все странным и непонятным. Тетрадки различаются по номерам, карандаши для первоклассников и старших детей – разные, какие-то папки разных цветов… Потратили мы на это, наверное, час, не меньше.



Но больше всего удивило отношение к учебе. Оно совсем не такое, как в Москве. Помню, когда пришла в московскую школу на первое собрание, я была такая трепетная мамаша, переживала за свою дочку страшно.

И провела два совершенно бесполезных часа, где на родителей тут же на всякий случай накричали, предупредили, что двойки – это вина родителей (притом, что дети еще ни дня не проучились в школе), ну и естественно, собрали деньги. Чтобы кто-то кого-то ругал за двойку? Это просто невозможно.

Более того, часто бывает трудно понять, хорошо ли учится твой ребенок. Для меня это как-то даже слишком, честно говоря. Но все-таки лучше так, чем строгость и условные розги. При этом надо понимать, что немцы любят порядок. Дети и порядок совмещаются довольно плохо. И к детям тут совершенно отдельное отношение.

Не то чтобы им все разрешают и царит полная анархия, просто методы упорядочивания гуманные и нежные.

«Учителям можно звонить в любое время с любой проблемой»



– Как у вас и детей с немецким языком? Когда вы приехали, он был слабым, как же тогда вы «влились»?

– В первый день (в прошлом году), когда мы привели сына в школу, мы совершенно ничего не понимали, не знали, куда идти, немецкого тоже не знали совсем. Встретили какую-то тетеньку в коридоре. Она нам показала, где собрание нашего класса. Оставила нас там. А через 10 минут вернулась, села рядышком и переводила на английский. Потому что поняла, что иначе мы никак не поймем. А это оказалась обычная учительница второго класса. Потом она нас еще и познакомила с русскими ребятами из ее класса, чтобы нам не было здесь грустно. И мы теперь с этими ребятами дружим. В русской школе такое вообще себе представить невозможно. Хотя дочка моя ходила во вполне приличную школу в Москве. Но степень дружелюбия – просто небо и земля.

– То есть немцы все-таки дружелюбные?

– Есть несколько стереотипов, которые оказались абсолютной неправдой. Первый – «поезда ходят как часы». Я езжу довольно далеко каждый день на работу, на поезде. И это просто полнейший кошмар. Мой утренний обычный поезд за весь этот год приехал вовремя на станцию раз 5. А второй миф – «закрытые, недружелюбные немцы». Правда, немцев мы видим немного. Но вот учителя в школе – очень дружелюбные! Дают свои имейлы, телефоны – можно звонить в любое время с любой проблемой (ну, о том, что учителя младшей школы говорят на английском, а одна учительница даже по-русски говорила, хотя она не русская, я молчу вообще). Или, например, мой босс на работе – немец. Он не рубаха-парень, конечно, но очень дружелюбный, готовый помочь и вообще такой… оберегающий. Во Франкфурте очень много иностранцев, из любой точки мира. Когда я выхожу на пробежку по парку около дома, я слышу миллион языков: китайский, английский, португальский, испанский, французский, польский, русский… Это очень интересно!  Я понимаю, что мои дети будут расти в совершенно другой обстановке. Они видят мир открытым и разным. Разве не удивительно?

«Детей никогда не ругают и родителям ничего плохого не говорят»

– А как здесь ставят оценки?

– Ну, например, я иногда хожу к учителям, чтобы узнать, как дела у ребенка. Они всегда говорят, что все прекрасно, дети молодцы и так далее. У них такая установка – они детей никогда не ругают и родителям ничего плохого не говорят. И вот это, с одной стороны, невероятно круто. А с другой, я же хочу знать, как дела на самом деле. К тому же после 4-го класса тут ребенок или попадает в гимназию, или в так называемую реал шуле. Для меня очень важно в эту реал шуле не попасть. 

В целом система такая:

  • Оценки от 1 до 5 или 6 (это зависит от школы). 1 – самая хорошая оценка, 5 или 6 – самая плохая.
  • Оценки ставят со 2-го класса. Примерно так, как у нас. И за всякие контрольные работы в классе, и за домашнюю работу. 
  • В конце каждого полугодия дают табель – с оценками и резюме от учителя. Это очень интересное чтение: учитель указывает сильные стороны ребенка, над чем надо работать побольше, где какой прогресс был достигнут. Все очень индивидуально. Но, как я говорила, плохого они стараются не говорить.
  • После 4-го класса ребенок идет на следующую ступень. В гимназию попадают те, кого рекомендует учитель и у кого средняя оценка по важным предметам 1,5 балла.

На самом деле это одно из самых важных событий в образовательной жизни человека. Если ребенок не учился в гимназии, вероятность того, что он потом поступит в университет стремится к нулю. Есть, конечно, истории, как дети из реал шуле переводятся в гимназию, но это непросто.
После того, как все мои подружки носились по Москве в поисках самой лучшей школы для своих детей, переключиться непросто. Пока я не могу сказать, что я полностью поддерживаю эту модель. Я не уверена, что в 11 лет правильно решать судьбу человека: будет он почтальоном или профессором. Но хорошее отношение к любому ребенку вне зависимости от его академических успехов – это очень важно.



– Что в Германии ставится «во главу угла» в плане образования? В чем суть?

– Все общество настроено на то, что ребенок должен попасть туда, где ему будет комфортно, никакого насилия не должно быть. Все зависит еще от ступени образования. Начальная школа – это да, комфорт и любовь к учебе. В гимназии уже все гораздо серьезней. И оценки, и домашнее задание. Также оттуда могут отчислить, если ребенок не успевает. В университетах же, я так понимаю, учиться по-настоящему сложно. Например, университетские библиотеки работают круглосуточно, и там действительно сидят студенты и занимаются всю ночь напролет.Иногда после сдачи выпускных школьных экзаменов они едут на год в путешествие, а потом уже идут в университет. Отличная идея, на мой взгляд!

«Один из обидчиков моего сына стал к концу года его лучшим другом»
– А что с буллингом в немецких школах?

– У нас была сложная ситуация с детьми-беженцами в школе, которые обижали моего сына. И школа совершенно удивительным образом эту ситуацию решила. Хотя я в них вообще не верила. Мы даже с учительницей обсуждали, что эти несчастные дети выросли в жутких условиях и вообще не умеют общаться. Они между собой дерутся все время. И надо их учить границам допустимого. Потому что вообще в Германии это не принято и даже чревато. В общем, в какой-то момент мы позвонили учительнице и стали жаловаться. Она, наверное, час с нами разговаривала, успокаивала и хвалила нашего сына. Они сделали несколько вещей. О чем-то я, возможно, не знаю. Потому что знаю это все со слов сына.Самого отъявленного «бандита»-заводилу она просто все время держала рядом с собой. Он не мог выйти в коридор, на улицу (на переменках дети всегда на улице должны быть) так, чтобы она его не видела. Это было временно. Было несколько специальных уроков, на которых они обсуждали, как играть можно, а как – нет. Что драка – это запрещено. Что обижать одноклассников нельзя. Жали все друг другу руки и рассказывали, за что они друг друга любят. Была внедрена система наклеек-звездочек за хорошее поведение. Это у меня вообще больше всего вопросов вызвало. Я думала, что детям, которые без конца дерутся, эти звездочки совершенно не интересны. Но оказалось, что все дети – это просто дети. И звездочки работают! Но вообще я понимаю, что это я такая зацикленная на школе. В основном никто так не переживают. Все просто живут и дают детям наслаждаться детством. К детям все очень хорошо и трепетно относятся. Ни разу еще не слышала, чтобы хоть кто-то на ребенка кричал или что-то в этом роде.Фото из семейного архива Ирины.

Фото обложки: 

Источник: https://mamsila.ru/post/1250-russkaya-semya-v-germanii-zdes-horosho-otnosyatsya-k-lyubomu-rebenku

Die Welt (ФРГ): Немец словно в Германии. Мое детство в Москве

Это была пожилая русская женщина, из-за которой лопнул мой «пузырь Родины». Мне было восемь лет, я вместе с классом был зимой на экскурсии на Волге. Русская женщина, которая торговала в небольшом киоске, продала мне мою первую зажигалку. С ее помощью мы вместе с одноклассниками поджигали в нашей комнате туалетную бумагу, и затем бросали ее в последний момент из окна вниз на снег.

Конечно, нас застали за этой глупостью, и когда мы вернулись с экскурсии в Москву, мои родители не могли остановиться. Как могло прийти в голову этой бабке на Волге, возмущались они, продавать зажигалку детям? Такое в Германии невозможно.Да, это правда.

Но здесь мы были не в Германии, а в крошечном немецком пузыре в огромной России, «немецкой деревне» в Москве, диснейленде для экономических мигрантов из ФРГ, небольшой немецкой общине в городе-миллионнике, в котором они пытались чувствовать себя скорее, как на Родине, нежели потерянными среди московских высоток.

Дети на Празднике весны и труда на Манежной площади

Но с настоящей Германией, откуда они все приехали, здесь было мало общего. Но для меня в то время не было лучшей Родины.

Хотя мое имя звучит поистине по-немецки, Родина для меня — сложная констелляция. Моя мама — русская, отец — восточный немец, то есть в Германии я «осси» или русский, или и то, и другое. В России я был немцем, который не мог выговаривать букву «Р».

Кроме того, мне не повезло со временем рождения. В моем свидетельстве о рождении было написано — ГДР, май 1990 года — то есть государство в состоянии распада, страна, в которой не было уверенности, станет ли она единой, или останутся два государства. Я родился в то время, когда уже не было стены, но еще не было единства. В этом промежуточном состоянии.

Все это имело последствия для моей постсоциалистической семьи. Мы собрались в наше путешествие по новой Германии — уже пятой в XX веке, после кайзера, Веймара, фюрера и разделения. Объединение принесло моей семье новые рабочие места, я рос сначала в восточной и северной Германии, затем в западной и южной.

То горы и долины, то наоборот. Мы оставались на одном месте лишь на пару лет, затем отправлялись дальше. Иногда я думаю, что я — первый немец единой Германии. Если бы мне пришлось слепить из этого немецкого детства родину, она была бы калейдоскопом: немного северной суровости, щепотка рейнской природы, швабского бидермайера.

Так бы было, если бы не было Москвы.

Многое в 90-ые годы говорило в пользу того, чтобы отправиться в российскую столицу. Компания моего отца открыла вакансию в Москве, русская семья моей матери жила не так далеко, можно было добраться на поезде, моя сестра и я могли посещать немецкую школу и в то же время говорить по-русски. Решение было элегантным, как двойная передача. Но легко было только на бумаге.

Но из этого вышел непростой путь. Потому что в то время как мы были в поиске места для проживания, Москва сбросила весь идеологический балласт последних 70 лет. Столица СССР за одну ночь превратилась в мегаполис «новых русских».

Москва знала только один темп — стремительный. Стремительное движение на дорогах, гангстеры за рулем черных БМВ, высокопоставленные чиновники в своих черных «мерседесах», стремительный бизнес, новое состояние, ночи, политика.

Только моя немецкая деревня никуда не мчалась. Можно было себе представить лучшие места для защищенного детства, чем Россия Бориса Ельцина, но в нашем маленьком мире было тихо и безопасно. В нашем доме был широкоплечий охранник, а в квартире две надежные двери.

В первые годы моей жизни я думал, что русское слово «козел» означает по-немецки «водитель», потому что моя мама так называла гонщиков на дороге. Когда ее саму из-за превышения скорости остановил полицейский, она рассказывала ему, что ее жадный немецкий муж не даст ей деньги на штраф.

Тому даже не пришлось давать взятку, полицейский отпустил ее из жалости.

Будучи ребенком, я, конечно, не все понимал. Саму Москву я мало помню, наверное, это и хорошо. Я нашел Родину, моя жизнь проходила на клочке на юго-западе Москвы — два высоких дома, школа, все за оградой, с охранниками, женщины в синих халатах следили за чистотой, правила дорожного движения, зеленый газон, хороший пекарь. Здесь находилась немецкая деревня.

Она была построена в 70-ые годы для дипломатов ГДР, сотрудников посольства и торговых представителей. В 1990 году эта территория отошла к ведению ФРГ, и с этого момента этот немецкий остров в Москве стал самым большим районом ФРГ за пределами ЕС.

А Германия неплохо зарабатывает на 380 квартирах, сдающихся по ценам, которые даже для переоцененного московского рынка астрономические. Именно здесь расположена немецкая школа.

Читайте также:  Отпуск на немецком языке: отпускнoй и каникульный лексикон

Мой первый год в детском саду состоял из того, как мы вместе с детьми дипломатов, корреспондентов и предпринимателей строили башенки из кубиков, и затем их снова разбирали. Хотя каждый говорил по-немецки, все отличалось от Германии.

Я здесь не был новеньким из восточной зоны, здесь все были новенькими. «Осси», «весси», русские, это здесь не играло особой роли, тем более, среди детей.

Здесь важно было только, что на вопрос «Хочешь дружить?» нужно было ответить «да». В огороженном оазисе в России возникла иллюзия большой немецкой семьи. В школе было два параллельных класса, которые были очень маленькими, после обеда все ходили с друзьями в группу продленного дня.

Эта домашняя атмосфера была заслугой школьного директора. Моя мама рассказывала, что раньше он был директором интерната. И вот теперь этот оазис был по-настоящему эксклюзивным сообществом, в конце концов, немецкая школа в Москве была частной школой, которая была невероятно дорогой для моих родителей.

Все, кто встречался в немецкой деревне, имели одно общее — это был промежуточный этап, отрезок жизни — и для детей тоже. Практически никто, кто тогда учился со мной, не остался здесь до конца школы.

Чтобы придать этим постоянным кочевникам ощущение Родины, в немецкой деревне все было немного «тевтонизировано». Устраивался детский карнавал, Октоберфест, День святого Мартина, приглашали пасхальных зайцев, Дед Морозов — обычаи, скомпанованные из совершенно разных немецких регионов и традиций.

В конце концов, такие мероприятия были любительским театром, чуть более яркими, чем реальность на Родине. Я же только здесь с ними познакомился. Для меня это был оригинал. Другого я не знал. И я полностью погрузился в этот искусственный мир. Детям нравится сладкое. Сладкая вата.

Жизнь за пределами этого сладкого пузыря я себе представить не мог. У меня случались кошмары, когда я услышал, что после четвертого класса уже нет группы продленного дня. Я не мог себе представить, как выглядит вторая половина дня, если я не буду больше находиться рядом со своими друзьями.

И все же эпизод с подожженной туалетной бумагой показал не только моим родителям, что я медленно приближаюсь к границам пузыря. Если бы жил в Москве подростком, то вел бы себя так же, как и старшие братья и сестры моих одноклассников, которые больше не хотели быть детьми немецкой деревни — особенно, когда за воротами дикая, дикая Москва.

Они доставали поддельные документы, по которым ходили в клубы, получали там сомнительные вещества — вещи, которыми занимаются подростки в большом городе. Прежде чем все это начало происходить со мной, мы уехали из Москвы.

Мы вернулись обратно в Германию, Северный Рейн — Вестфалию, где в четвертом классе западногерманской школы меня представили как Яна из России, который удивительно хорошо говорит по-немецки.

Немецкая деревня еще на долгие годы оставалась моей сокровенной родиной — пока я несколько лет назад снова не оказался в Немецкой школе. Для одной московской газеты я проводил интервью с учителем физкультуры, он организовал благотворительный забег. Я спросил о моих старых учителях, ни один из них уже не преподавал здесь.

Он рассказал мне, что в школе большая текучка кадров, три-четыре года — это нормально. И тогдашний директор школы уже давно не жил в Москве. Сейчас школой руководит директор из саксонского Хайденау, обучение проходит по плану Тюрингии.

Когда я прогуливался по немецкой деревне, то увидел здание, которое не мог вспомнить, вероятно, тогда его еще не было — гастхауз Deutsches Eck (ресторан «Немецкий угол»). Такой стереотип, который в Германии нигде не встретить кроме заведений, ориентированных на русских и китайских туристов. И я это долгие годы хранил в сердце как свою родину?

Только когда я снова взглянул на школу, в которой я провел самые счастливые годы моего детства, я обратил внимание на то, что ее очертания напоминали букву «Р». «Р» как Родина.

Источник: https://news.rambler.ru/other/40635543-die-welt-frg-nemets-slovno-v-germanii-moe-detstvo-v-moskve/

Никогда не повышают голос: особенности воспитания детей в Германии — Наши в Германии

Начну с очевидных вещей. В Германии на детей никогда не кричат, пишет автор канала ЭМИГРАНТ. О рукоприкладстве речи не идет вовсе. Ребенок делает что хочет. Если он хочет орать на весь магазин, пожалуйста. Родители не будут бить его за это или ругать. Они 100 раз спокойным тоном объяснят, что не следуют кричать в магазине, но тон не поднимут.

С детьми здесь разговаривают как с полноценным человеком. Ребенок упал на улице? Сколько раз я это видел. Ни одна мамаша не побежит его поднимать и судорожно отряхивать.

Она попросит его встать и подойти к ней. Ребенок расплакался и не встает? Мама будет стоять ждать. Если ребенок сильно ударился или просит помочь, естественно, мама поможет встать и пожалеет.

В целом немецкие дети очень вежливые и воспитанные.

Если вы придете на детскую площадку в Берлине, вы с высокой вероятностью увидите следующую картину: родители сидят за столом, пьют кофе и общаются между собой. Дети в это время живут своей жизнью, лазают по трехметровым сооружениям.

Вопреки стереотипам немцы отнюдь не строгие, особенно в воспитании детей. Первая мысль: они безответственные и плевать они хотели на своих детей! Но это не так.

Дело в том, что детям предоставляется свобода и независимость с самого детства, а главное им доверяют.

Увидеть кричащую мать на своего ребенка в Германии, это скорее исключение из правил. Хотя в некоторых странах, как вы знаете, это норма.

Ребенок упал в лужу и не хочет вставать? Надо наорать на него как следует, а может еще и оплеуху отвесить, что бы неповадно было. Родители на детской площадке не ходят как надзиратели, потому что они доверяют детям.

Мне очень нравится такой подход, но принять его я не могу из-за своего менталитета, а именно «как бы чего не вышло!».

Не заставляют детей читать.

В детских садах не делают акцент на обучении. На самом деле, родителям даже не рекомендуют самостоятельно учить детей, например читать. В Германии, начало обучения в начальной школе это нечто особенное, когда дети начинают учиться вместе. Но даже в школе, в первом классе занятия дважды прерываются прогулкой.

Вспоминая свое детство, в первом классе у меня отваливались плечи от тяжести портфеля.

Не стоит думать что такой подход влияет на уровень интеллектуального развития немецких детей. Исследование от 2012 года показало, пятнадцатилетний немецкий ребенок значительно лучше преуспевает в математике, физике и чтении, относительно среднестатического ребенка в мире. Время в детском саду посвящается играм и социализации.

Дети ходят в школу одни, без сопровождения.

Конечно, в Москве отпустить первоклассника одного в школу не представляется возможным из-за безопасности. В Германии же уровень безопасности очень высокий, несмотря на потоки беженцев и того, что транслируется в СМИ.

В середине дня можно увидеть много детей, которые идут со своими одноклассниками домой со школы. На вид им не больше 6 лет.

Родители в Германии стараются как можно чаще позволять своим детям самостоятельно передвигаться из пункта А в пункт Б.

Начало учебы в школе это праздник.

Как говорят немцы, есть три самых больших события: начало учебы в первом классе школы (Einschulung), достижение 14 лет(Jugendweihe) и свадьба. Праздник Einschulung проходит с размахом в районных школах в субботу.

Детям дарят большие конусы (Zuckertute), наполненные начиная с ручек и часов, заканчивая конфетами. Затем праздник продолжается в кругу семьи и друзей. Традиция с конусами очень старая и продолжается начиная с 1817 года (см.

фото ниже) по сей день.

Гуляют с детьми каждый день.

Согласно немецкой поговорке: не бывает плохой погоды, бывает неподходящая одежда. Прогулки на улице имеют больше значение как в детском саду так и в школе. Детские площадки в Берлине не бывают пустыми, какая бы плохая погода не стояла за окном.

То, что описано в этой статье, не является методическим указанием. Материал основан на личных наблюдениях автора.

Источник: Яндекс Дзен

Источник: http://germany.nashieu.com/interesno/nikogda-ne-povyshayut-golos-osobennosti-vospitaniya-detej-v-germanii/

Законодательство Германии по охране материнства и детства

«Партнер» №12 (231) 2016г.

Адвокат Вадим Кримханд (Дортмунд)

По числу новорожденных на тысячу жителей Германия стоит на одном из последних мест среди государств-членов Евросоюза, а по количеству престарелых – на втором месте в мире после Японии.

К примеру, в Ирландии или во Франции рожать детей престижно, государство создает хорошие условия для молодых семей, и женщины рожают почти в два раза больше детей, чем в ФРГ.

Надо отметить, что в последние годы уровень рождаемости и прироста населения и в Германии сильно возрос и достиг максимального за последние 30 лет уровня.

Немецким государством постоянно создаются благоприятные условия для дальнейшего повышения уровня рождаемости.

Например, принят закон, который направлен на минимизацию риска для матери и новорожденного и ориентирован на помощь матерям, родившим ребенка в больнице.

Будущей матери предоставлена возможность находиться в больнице анонимно и при желании оставить ребенка на попечение государства, что позволит свести к минимуму количество абортов и родов вне медицинских учреждений.

Принят ряд законов, охраняющих материнство, назначаются льготы, премии и пособия.

Закон об охране материнства (Mutterschutzgesetz) гарантирует всем работающим или проходящим профессиональное обучение женщинам (независимо от гражданства) особые права во время беременности, право на декретный отпуск, на получение пособия по материнству, на сохранение рабочего места во время воспитания ребенка и т.д.

Предлагаем Вашему вниманию ответы на наиболее часто задаваемые вопросы по этим темам.

Как Закон защищает беременную женщину при устройстве на работу?

При устройстве на работу будущая сотрудница не обязана сообщать работодателю ни о наличии беременности, ни о своих семейных планах, даже если эти темы затрагиваются во время собеседования при приеме на работу.

Как Закон защищает беременную женщину на испытательном сроке? 

Если небеременная работница проходит испытательный срок, то в течение этого срока ее можно уволить без объяснения причин. Совсем по-другому обстоит дело с беременными женщинами.

Работодатель не имеет права уволить беременную сотрудницу как не прошедшую испытательный срок, независимо от того, когда он получил информацию о ее беременности. Если всё же ее собираются незаконно уволить, она может смело обратиться с помощью адвоката в суд.

Суд, как правило, стоит на стороне будущей матери и рассмотрение таких дел не затягивает.

 

Какие могут быть причины для увольнения беременной во время испытательного срока?

Причиной для увольнения беременной как во время испытательного срока, так и после него могут быть только серьезные проступки, например, отсутствие на работе без уважительной причины, воровство и т.п.

К чему может привести увольнение во время беременности?

Во время беременности женщины должны избегать увольнения по собственному желанию и увольнения, связанного с грубыми правонарушениями. Увольнение не только приводит к временной потере медицинского и пенсионного страхования, но и лишает в дальнейшем права на пособие по материнству (Mutterschaftsgeld).

Допускается ли расторжение трудового договора с беременными женщинами по инициативе работодателя?

Когда работодатель узнает о беременности своей сотрудницы, он может уволить будущую мать только после родов.

Расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременными женщинами без их согласия не допускается, за исключением ликвидации организации или если фирма неплатежеспособна, или если без замены беременной сотрудницы не может продолжаться работа. Если трудовой договор будущей матери ограничен сроком, закон об охране материнства действует до окончания этого договора.

На страже матери и ребенка стоит и закон ФРГ «О защите от увольнения» (Kündigungschutzgesetz), строго регламентирующий процедуру расторжения трудового договора на средних и крупных предприятиях.

Согласно первой статье этого закона, при каждом увольнении должны учитываться социальные факторы, такие как трудовой стаж и возраст работника, количество иждивенцев, беременность, инвалидность и ее степень. Если социальные факторы не были учтены, увольнение считается незаконным.

Особые положения по защите от увольнения существуют в отношении учеников, несовершеннолетних, инвалидов, беременных женщин, в течение декретного отпуска и во время отпуска по уходу за ребенком (кстати, последнее относится и к отцам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком).

Имеет ли работница во время беременности право на получение всех выплат, которые осуществляются на ее предприятии?

Во время беременности работница имеет право на получение всех выплат, которые осуществляются на ее предприятии, например, отпускных, 13-й зарплаты и т.п. Денежные удержания за время беременности не допускаются.

 

Как охраняется здоровье будущей матери на рабочем месте?

Закон стоит на охране здоровья будущей матери и ребенка: работодатель обязан обеспечить беременным удобное место отдыха и приема пищи, возможность делать перерывы, не слишком долго работать в одном положении и т.п.

Запрещены ночные смены, сверхурочные работы, работа в выходные и праздничные дни; с пятого месяца беременности запрещена работа стоя более четырех часов в день. Это, в частности, касается продавщиц. Запрещена также работа с риском профзаболевания или с высоким уровнем травматизма.

Будущие матери не должны делать тяжелую физическую работу, подвергаться воздействию вредных для здоровья веществ, пыли (например, при обработке дерева), шума, излучений (например, в рентгеновском кабинете), газов, жары, холода и т.п.

Если рабочее место относится к вышеуказанным или подобным, то наблюдающий врач может поставить вопрос о полном или частичном запрете на занятость во время беременности.

Распространяется ли Законодательство Германии, охраняющее материнство и детство, на иностранцев?

Законы Германии распространяются на иностранцев, имеющих вид на жительство в Германии (Niederlassungserlaubnis) и право на работу (Arbeitserlaubnis) типа Aufenthaltserlaubnis или Aufenthaltsberechtigung. Иностранцам, имеющим Duldung, пособие по материнству не полагается.

Как наказывается работодатель, не исполняющий свои обязанности в отношении беременных женщин?

Если работодатель в Германии не исполняет свои обязанности в отношении беременных женщин, кормящих матерей или находящихся в декретном отпуске, ему грозит штраф до 15 000 евро или тюремное заключение сроком до одного года.

(Окончание в следующем номере)

Источник: https://www.partner-inform.de/partner/detail/2016/12/302/8298/zakonodatelstvo-germanii-po-ohrane-materinstva-i-detstva?lang=ru

Ссылка на основную публикацию