Германия через 20 лет: как будут жить немцы в 2040 году

Германия через 20 лет: как будут жить немцы в 2040 году

Какой будет Германия через 20 лет? Такой вопрос интересует многих. Немцы думают о будущем и делают предположения о том – как будут жить они и их дети в ближайшие десятилетия. Хотите заглянуть в 2040 год?

Итак. Как я уже писала здесь, Германия – страна пожилых людей. Через 15 лет больше половины жителей Германии будет старше 50 лет. В полтора раза увеличиться количество людей старше 80-ти. Кто тогда будет работать? – именно это волнует большинство немцев. Поэтому пенсионный возраст медленно, но верно увеличивается. Может такое понятие как “пенсия” со временем вообще исчезнет?

Германия через 20 лет: еда

Эксперты в области питания считают, что мяса на столах немцев станет меньше. В это очень трудно поверить. И даже то, что будет представлять собой мясо – будет не натуральным, а синтетическим продуктом. Уже сейчас много стартапов работают над  производством “мяса будущего” – из клеточных культур.

Кроме того: возможно, что белок мы будем получать уже не из коров, свиней и птицы – а из насекомых. В продаже уже появились бугреры такого вида: из червячков для начала))

Но самое интересное: еда будет персонализирована. Даже сейчас каждый может сделать днк-анализ и узнать к каким заболеваниям он предрасположен, тем самым правильно организовать собственное питание. Эксперты считают, что совсем скоро это станет стандартной и вполне обыденной практикой для любого человека.

Более того, еда будет подбираться с помощью специальных онлайн-сервисов. А супермаркеты перестанут существовать со временем вообще.

Уже сейчас в продаже имеются холодильники, которые отправляют в онлайн-магазины сигнал о том, какие продукты заканчиваются и их следует приобрести. В будущем всё это будет автоматизировано еще больше.

Германия в 2040 году: автомобили и дома

Эксперты автомобилестроения заявляют, что к 2030 году на улицах Германии (или по крайней мере на автобанах) появятся автомобили без водителей. Мой муж, который к этой сфере имеет самое прямое отношение – очень скептически относится к этому заявлению.

Владелец авто должен будет лишь задать цель и заниматься другими вешами в машине – работать, общаться с кем-то.

Летающие автомобили уже имеют место быть. И в ближайшее будущее – это должно стать вполне обычным явлением.

Как будут выглядеть дома? Германия – относительно небольшая страна, но с большой плотностью населения. Чтобы обеспечить всех жильем, нужно расти не вширь – а вверх. Скорей всего: здания будут не только высокими, но и многофункциональными.

Так: семье, поселившейся в одной из многоэтажек – не нужно будет выходить оттуда, чтобы попасть в супермаркет, на свою работу или отвести ребенка в детсад. Всё будет в одном здании. Удобно? Некоторым – да. А как же движение? Которое как известно – жизнь. А в этом здании будут и тренажерные залы с бассейнами и развлекательными зонами.

Вот вам и движение после работы: поработали – поплавали – посидели на тренажёрах и домой на лифте, а не на автомобиле.

Не знаю насколько такие здания – реальное явление в некоторых исторических городках страны, которые пестрят фахверковыми домиками и в которых остаются жить люди. Скорее всего: это участь не всей Германии, а лишь ее части.

Медицина в Германии через 20 лет

В медицине многое будет оцифровано. Уже сейчас в нашу жизнь входят гаджеты, которые следят за пульсом, давлением, ежедневными движениями, и за сном. А через 20 лет всё только усилиться.

В ваннах будут устанавливаться зеркала, умеющие “считывать” ваши болячки и начинающиеся изменения – благодаря датчикам, закрепленным на одежде и в вашем унитазе.

Эти данные встроенные домашние механизмы будут по желанию конкретного человека отправлять дальше – врачу.

Вопрос: найдутся ли способы лечения многих болезней, которые на сегодняшний день являются неизлечимыми – остается открытым…

Работа и профессия: роботы атакуют

Это уже не фантазии и не фильмы из серии : роботов и автоматов, которые заменяют человека на многих работах и в некоторых сферах деятельности становится с каждым годом всё больше и больше.

Поэтому для многих людей это будет не самый оптимистичный сценарий: а именно – безработица.

Как утверждают эксперты получение профессии один раз и на всю жизнь – перестанет быть нормой. И это уже сейчас имеет место быть. Всё чаще люди переучиваются, посещают новые вебинары и повышают квалификацию, даже выбирая другое направление – хотя им далеко за 40.

Эксперты полагают, что через 20 лет такие вещи как автомобили и дома – перестанут быть статусными и показателями социального благосостояния.
А что будет статусным, символом успеха? Тело! Собственное тело человека. Его красота и сила, здоровье. Это, вроде бы, уже началось. Самые осознанные меняют подход к питанию, к ежедневным занятиям спортом или йогой и здоровью.

Хотите верьте, но лучше  – проверьте! Через 20 лет… Желаю вам здоровья и долгих лет: живите сегодня – ешьте классический стейк и шашлычок, с удовольствием прогуливайтесь по супермаркетам,  завтра будет совсем другим!

Источник: https://www.das-germany.de/germaniya-cherez-20-let/

Предсказания сбываются: как мы будем жить в 2040 году

В последние десять лет наука о будущем, футурология, из жанра фантастики подросла до статуса научной дисциплины. Вопросами будущего занимаются серьезные организации — Международная Академия исследований будущего (International Future Research Academy) и ее российское отделение — Академия прогнозирования.

Главный принцип футурологии — «Прогнозируя будущее, мы сами его формируем». Другими словами, какое будущее мы себе придумаем, такую реальность и получим. И мобильный телефон, и экологические бедствия, и расцвет пластической хирургии, и 3D-телевидение — все это было кем-то когда-то предсказано в виде проектов и концепций.

Ниже — предсказания футурологов, сделанные в 2010 году на ближайшие 30 лет, и то, насколько они уже сбылись.

Прогноз: Мужчина для размножения будет не нужен

Что имеем сейчас: Мы на верном пути. Примерно о том же повествовал знаменитый польский фильм «Секс-миссия» (у нас в прокате он имел более «приличное» название — «Новые амазонки»).

Действительно, по прогнозам ученых, уже в течение ближайшего десятилетия будет проведено первое оплодотворение из искусственного семени, созданного на основе женской стволовой клетки. В сочетании с упрощением и развитием процедуры ЭКО нас ждет интересное будущее…

Мужчина как рудимент? Возможно, но это будет ценный, очень приятный рудимент, мы никогда от него до конца не откажемся, в отличие от героинь того самого фильма.

Еще один аспект того же прогноза: в будущем люди станут чаще усыновлять детей, нежели рожать самостоятельно. Интерес к усыновлению детей будет расти не только в благополучном западном мире, но и в России.

При этом многие усыновители уже сейчас постепенно перестают хранить в тайне тот факт, что они воспитывают чужого ребенка.

Это становится нормой, а идея, что родитель — это тот, кто вырастил и воспитал, а не тот, кто родил, прочно входит в сознание.

Прогноз: Брак станет гостевым

Что сейчас: Действительно, за последние 50 лет число гражданских браков увеличилось в десять раз. Это не кризис семьи.

Это кризис института брака, основной смысл которого-подтверждение права собственности на имущество (чтобы в случае чего женщина с ребенком не оказалась на улице без куска хлеба). Теперь это не нужно.

Женщина стала куда самостоятельнее и самодостаточнее, а отношение к незамужним женщинам с детьми изменилось в корне. Результат: освобожденная от патриархальных страхов и давления социума женщина может себе позволить партнерские отношения с мужчиной. И от этого все только выигрывают.

Но и это не все. По прогнозам футурологов, официальный брак уступит место гражданскому и еще более радикальному — гостевому. Ребенок получит воскресного папу, вы — воскресного мужа и, что подкупает, воскресную свекровь.

Еще один путь развития семейных отношений — сезонный брак, который заключается на определенное время (1 год, 7 лет, 10 лет).

По истечении этого срока союз считается недействительным, но при желании обеих сторон может быть продлен и заново отпразднован шумной свадьбой.

Когда несколько лет назад 7-летний лимит на брак предлагала ввести скандальный немецкий политик Габриэль Паули, это казалось неудачной шуткой. Сегодня так думают многие семейные психологи.

Есть и еще одно объяснение этому феномену. Технологическое сращивание человека с машинами — вплоть до появления вживленных устройств — многое изменит. Будучи на связи со всем миром двадцать четыре часа в сутки, мы перестанем нуждаться в семье. Во всяком случае, в такой, какую пятьдесят лет назад под звуки марша Мендельсона создавали наши мамы и папы.

Прогноз: Инъекции заменят пластику

Что уже сейчас: Действительно, все идет именно к изменению внешности без оперативного вмешательства. Необратимость ошибок, сделанных пластическим хирургом, неудачные операции уже привели к поиску более простых и, главное, обратимых процедур коррекции внешности и омоложения.

Моделирование фигуры с помощью инъекций — главный тренд эстетической косметологии будущего. Микроинъекции уверенно отвоевывают наши голоса у пластической хирургии. Такой метод коррекции ягодиц и груди обещает мгновенный и предсказуемый результат. Процедура проста (препарат вводится между кожей и мышечной тканью) и почти безболезненна.

Местная анестезия снижает боль до у ровня неприятных ощущений после интенсивной нагрузки в спортзале. Эффект держится от 12 до 18 месяцев. 

Более того, помимо инъекций уже разработаны антивозрастные крема, которые даже не требуют инвазивного вмешательства в наше тело.

Этот антивозрзстной уход в ближайшие годы имеет все шансы прописаться в каждой косметичке, чтобы при первых признаках усталости вернуть нам не только свежий цвет лица, но и заполнить досадные морщинки, выдающие возраст.

Так что, к 2040 году мы, скорее всего, и вовсе перейдем на наружные средства коррекции, а пластическая хирургия будет использоваться только для исправления действительно серьезных изъянов.

Прогноз: Жить будем долго

Что имеем уже: Да, к этому все идет. Грядет эра долгожительства. Это кажется невероятным, но в Европе уже есть младенцы, которые, как утверждают медики, проживут 150 лет.

И до 90 лет будут оставаться привлекательными и сексуально активными. Немаловажную роль в этом играет всеобщее увлечение темой здорового образа жизни. Пить и курить будет совсем «не круто».

То же касается и фастфуда.

Преобразятся медицинские приборы. Большинство из этих пугающих агрегатов в скором времени превратится в гаджеты наподобие современных мобильных телефонов и mpЗ-плееров. Американская корпорация General Electric представила прообраз медтехники нового поколения — ультразвуковой сканер Vscan.

Аппаратик легко помещается в карман врачебного халата, что делает его очень удобным для экстренной диагностики. О лекарстве от всех болезней пока говорить рано. Но можно надеяться, что человечество вот-вот победит СПИД.

Наравне с лекарством от этой болезни медики работают над вакциной, которая будет делаться профилактически, как прививка от оспы и полиомиелита. Она уже существует и находится на стадии испытаний.

Прогноз: Появятся животные-роботы

А что уже сейчас: Домашние питомцы, за которыми нужен слишком ответственный уход, действительно, отойдут в прошлое.

По крайней мере, на просьбу ребенка «купить собаку», в будущем вы без проблем ответите походом не в зоомагазин, а в магазин игрушек, где за преемлемую цену можно будет выбрать питомца, который не будет делать лужи, грызть мебель, спокойно переживет без утреннего выгула и, главное, его можно будет выключить на время отпуска, а не ломать голову, с кем бы оставить живую собаку в ваше отсуствие.

Читайте также:  На работе у немцев: немного про деловой этикет в германии

Такая же участь ждет аквариумных рыбок (первые робо-рыбки уже продаются, между прочим), птичек, морских свинок и даже бабочек…

Еще 5 лет назад это было почти фантастикой, но сегодня первые прототипы этих существ уже продаются в обычных магазинах игрушек. Мы становимся слишком занятыми, чтобы брать ответственность за живое существо. Но желание иметь «зверушку» останется.

Поэтому робототехника, направленная на создание идеальных домашних питомцев (и не только), будет развиваться семимильными шагами.

Прогноз: Интернет станет телепатическим

Что уже сейчас:

Источник: http://www.marieclaire.ru/psychology/life/kogda-nastupaet-buduschee/

В ссср не было мультикультурности. и здесь не будет константин бенюмов рассказывает, как в германии живут миллионы русских немцев — и почему им там не всегда рады

Продуктовый магазин «Россия» в берлинском районе Шарлоттенбург, ноябрь 2013 годаCarsten Koall / Getty Images

С конца 1980-х в Германию из СССР перебрались больше двух миллионов человек — так называемых русских немцев.

Их далекие предки приехали в Россию по приглашению властей, чтобы развивать мало освоенные территории; их дедушек, бабушек и родителей массово репрессировали в советские времена. Теперь эти люди вернулись на историческую родину, но и там их не всегда считают своими.

Противоречия между немцами обычными и русскими обострились два года назад, после истории с обвинениями в изнасиловании девушки российского происхождения в адрес арабских мигрантов; сейчас именно переселенцев из бывшего СССР считают главными сторонниками новой правой (и антимигрантской) партии «Альтернатива для Германии».

Спецкор «Медузы» Константин Бенюмов отправился в Германию, чтобы выяснить, как на самом деле русские немцы относятся к своей старой новой родине, а она — к ним.

Виктор Лихтенберг приехал в Германию из Казахстана, чтобы найти Бога и спасти свою жизнь.

«Я в нашей семье из девяти детей один был не как все, — рассказывает он. — У остальных все нормально складывалось, а я не очень хороший образ жизни вел. Сюда приехал уже алкоголиком. Еще два-три года, и я бы умер. Я как-то подсознательно понимал, что Германия — христианская страна, что здесь есть Бог и что он мне поможет».

Поселился Лихтенберг у брата в Берлине — тот переехал в Германию за два года до того по той же схеме, что и Виктор: программе репатриации для немцев, живших в СССР и пострадавших от репрессий в годы войны. Брат предложил выпить за встречу. Лихтенберг отказался — и попросил отвести его в храм.

«Церковь была немецкая, со шпилями, — вспоминает мужчина. — Сидело там человек двадцать стариков и старушек, пастор вышел такой старенький. Я посидел там часок, ничего не понял — но вроде получше стало».

Впрочем, радость от встречи с духовным длилась недолго — уже на следующей неделе пожилого пастора сменил молодой. Обнаружив у священника серьгу в ухе, Виктор понял, что Бога в кирхе нет. «Чтобы меня понять, нужно помнить, откуда я приехал, — объясняет он. — Надо было жить в то время: 1994 год, консервативный город.

В Алма-Ате если бы мы встретили где-то мужчину с серьгой — ну не убили бы, конечно, но вырвали бы с мясом».

После этого репатриант разочаровался в религии и вернулся к привычному образу жизни, просто на новом месте.

Вместе с другими немцами, приехавшими из постсоветских стран, Лихтенберг наладил связи с расквартированными в Германии российскими военными — до вывода войск оставалось несколько месяцев, и в гарнизонах спешно распродавали имущество и провиант. Бутылку водки, которая в магазине стоила десять марок, у солдат можно было купить за три.

Виктор Лихтенберг в Берлине, 21 мая 2018 годаНикита Павлов для «Медузы»

В декабре 1994 года Лихтенберг отметил в Берлине 30-летие.

По его воспоминаниям, праздники проходили примерно так: родные и друзья собирались в квартире, предоставленной репатрианту государством, и шумно пили на балконе спиртное под песни Вики Цыгановой — «Русская водка, что ты натворила» и так далее. Соседям не нравилось, но конфликты решались привычно: либо садись выпивать с нами, либо получи по шее.

Только через некоторое время Лихтенберг и его друзья «начали понимать, где они находятся» — и перестали смеяться над немецкими немцами, которые о своих вечеринках предупреждали заранее и всегда прекращали шуметь к оговоренному времени.

Сейчас Лихтенбергу 53.

Через несколько лет после переезда в Германию он все же смог найти место, которое привело его к Богу, — русскоязычную евангелическую церковь в окраинном берлинском районе Лихтенберг (совпадению названия района с его собственной фамилией мужчина склонен придавать особое значение).

Вскоре он и сам стал священником и организовал церковь уже в своем районе. Большинство прихожан его церкви — русскоязычные немцы, переселившиеся из стран бывшего СССР. И они, и их пастор до сих пор пытаются свыкнуться с жизнью на исторической родине — и не всегда принимают здешний образ жизни.

Цивилизуя Россию

В середине XVIII века бывшая принцесса Ангальт-Цербская София, ставшая русской императрицей Екатериной II, решила осваивать доставшиеся ей в управление огромные территории силами немецких колонистов.

Приезжие из Европы должны были заселить пустующие земли — и «цивилизовать» их, ассимилируя и вытесняя коренные народы Поволжья и Сибири, а заодно улучшить чрезмерно дикий имидж России.

Привлекали иностранцев бесплатной землей, освобождением от налогов и воинской повинности, а также свободой вероисповедания — в том числе поэтому приезжавшие в Россию немцы часто были радикальными протестантами, спасавшимися от религиозных преследований.

К 1873 году в Российской империи жило уже около миллиона немцев. Большинство находились в колониях, основанных религиозными переселенцами, — почти не смешиваясь с местным населением; в то же время они внесли колоссальный вклад в развитие этих земель.

Главные из этих колоний располагались в Поволжье — так, сегодняшний Волгоград вырос из основанной Сарепты.

Как показывает в книге «Внутренняя колонизация» историк Александр Эткинд, общины немцев-меннонитов с их специфическими институтами — многие немецкие поселения не знали частной собственности, а при выходе из общины крестьянин лишался своей доли в коллективном хозяйстве — сформировали представления об идеальном социальном устройстве у нескольких ключевых русских мыслителей второй половины XIX века, от Чернышевского до Ленина и Троцкого (все трое росли на колонизированных переселенцами землях).

Немецкая колония Штреккерау (сегодня — село Новокаменка Ровенского района Саратовской области), 1920 годBundesarchiv / Wikimedia CommonsНемецкие колонисты в Саратовской губернии, конец XIX векаНемецкая кооперативная лавка в Поволжье, 1921 год

Со временем у русских немцев появились трудности.

В 1870-х их (как и позже финнов) пытались русифицировать и начали призывать в армию — это привело к отъезду в США десятков тысяч меннонитов. В годы Первой мировой, когда Германия стала для России главным врагом, появились первые указы об отчуждении земель и планы по депортации немцев.

Были и погромы, — например, в мае 1915 года москвичи несколько дней грабили немецкие лавки и квартиры, в которых жили немцы; кроме того, указом императора у немцев, живущих в западных районах страны, отнимали землю.

Во время Гражданской войны большевики опять принялись русифицировать немецкие территории, параллельно ведя антирелигиозную пропаганду.

В годы коллективизации немецкие общины, когда-то вдохновлявшие Ленина, сочли рассадниками кулацкого подхода — хозяйства разоряли, а их владельцев арестовывали и ссылали; вдобавок к этому в начале 1930-х десятки тысяч потомков переселенцев умерли от вызванного коллективизацией страшного голода в Поволжье.

С приходом к власти в Германии нацистов ситуация стала еще хуже. Сперва русских немцев истребляли как потенциальных шпионов — уже в 1935 году около 200 тысяч человек из Западной Украины были депортированы в Казахстан.

Еще через два года началась «немецкая операция» НКВД — в первую очередь под нее подпали немцы, работавшие на оборонную промышленность; к 1938-му были расстреляны до 55 тысяч человек. Все национальные немецкие районы были ликвидированы — кроме одного.

Вплоть до начала Великой Отечественной у немцев в составе РСФСР был собственный регион — Автономная республика немцев Поволжья, в которой жило более 600 тысяч человек.

Работники Красного Креста сопровождают поволжских немцев, уезжающих в Германию, декабрь 1929 годаBundesarchiv / Wikimedia Commons

В июле 1941-го закончилось и это.

НКВД разоблачил на территории региона «контрреволюционное формирование фашистско-эмиграционного направления» — и через некоторое время последовал указ о ликвидации немецкой республики и тотальной депортации населения. В течение года более 900 тысяч человек выслали в Сибирь, Казахстан и Среднюю Азию.

Тогда же, в соответствии с указом о рабочих колоннах и трудовой армии, сотни тысяч немцев — как мужчин, так и женщин — согнали на принудительные работы на заводы, лесозаготовки и рудники в разных районах СССР.

Не свои

«Старики избегали слова „депортация“, — вспоминает писатель Андрей Дитцель, выходец из немецкой семьи, высланной из Поволжья. — В разговорах с детьми и внуками бабушка говорила, что нас эвакуировали. Эвакуировали, а потом семья осталась здесь жить». 

Память о депортациях и трудовых армиях так или иначе сохранялась почти в каждой российской немецкой семье. Отец Виктора Лихтенберга, будучи ребенком, во время войны оказался в Омской области, мать — в Северо-Казахстанской. Через несколько лет там, на границе двух областей и двух республик, они и познакомились.

Массовым депортациям в годы войны подверглись многие народы, жившие в СССР: чеченцы и ингуши, армяне и азербайджанцы, греки и турки.

Большинство из них в итоге так или иначе восстановили в правах, позволив вернуться на свои земли, — кроме двух: немцы и крымские татары вплоть до распада СССР в большинстве своем жили в местах, куда их выслал Сталин.

В 1948 году специальным распоряжением Президиума Верховного совета было зафиксировано переселение немцев «навечно, без права возврата их к прежним местам жительства»; тем, кто пытался бежать, грозило до 20 лет каторжных работ.

«Я очень хорошо помню пренебрежительное отношение к немцам, — рассказывает Виктор Лихтенберг, родившийся в 1964 году в Алма-Ате. — Не скажу, что были гонения, нет. Но фашистом обзывали. Я, конечно, пытался драться, доказывать, что я свой, но это ни к чему не приводило».

Своими Лихтенберга и его соплеменников отказывалось считать и государство — даже после смерти Сталина: многие вузы в местах проживания немецких спецпереселенцев (так официально называли депортированных) скрыто или явно отказывались принимать на обучение студентов с немецкими корнями.

По словам Лихтенберга, он и другие немцы страдали только по одной причине — из-за фамилии. В остальном и он, и его братья, и другие русские немцы его поколения были обычными советскими людьми. В большинстве семей уже тогда практически не говорили по-немецки — разве что родители, когда хотели скрыть что-то от детей.

Не чувствуя себя своими в СССР, многие немцы стали задумываться об отъезде. Выпускать их в ФРГ и ГДР начали с середины 1950-х — сперва военнопленных, а потом и репрессированных в годы войны (закон о репатриации был общим: он был принят в 1953 году и касался в первую очередь беженцев).

Из русских немцев уезжали немногие — просто потому, что не знали о такой возможности: на протяжении первых послевоенных десятилетий правительство исправно выпускало указы о реабилитации немецкого населения (1964) и отмене ограничений на расселение (1972), но подавляющее большинство советских немцев об этих указах не подозревало.

По одной из версий, некоторые из этих распоряжений попросту не публиковались.

Переселенцы из СССР в лагере для переселенцев во Фридланде, сентябрь 1988 годаUllstein Bild / Vida PressСоветские переселенцы во Фридланде, сентябрь 1988 годаСоветские репатрианты во Фридланде, сентябрь 1988 года

Вплоть до перестройки эмиграция немцев продолжала оставаться немассовой.

Все изменил не только крах Советского Союза и переговоров по восстановлению автономии в Поволжье, которые Михаил Горбачев вел с властями Германии, но и активность нового канцлера Гельмута Коля по возвращению бывших соотечественников на родину.

В 1988 году он представил правительству программу их переселения, заявив, что русские немцы «до сих пор чувствуют на себе последствия Второй мировой войны».

Источник: https://meduza.io/feature/2018/05/28/v-sssr-ne-bylo-multikulturnosti-i-zdes-ne-budet

Камкин: к 2050 году в Германии останется лишь 45% немцев

Согласно результатам исследования, проведенного аналитическим центром Pew Research, если иммиграция мусульман в Европу сохранится на «умеренном уровне», к 2050 году они составят 11% европейского населения.

В случае резкого роста миграции, приверженцами ислама в Европе через 32 года станут 30% шведов, 20% немцев и австрийцев, 18% французов и 17,2% британцев. На сегодняшний день мусульмане составляют 5% от общего населения Европы (28 стран ЕС, а также Норвегия и Швейцария).

Комментируя представленные данные, российский политолог Александр Камкин отметил, что существуют и другие прогнозы демографов, значительно более пессимистичные для коренного населения Европы.»Согласно другим прогнозам, если мы сузим круг исследований до Германии, то где-то к 2050 году коренных немцев останется только 45%.

Остальные будут приезжими в первом-втором-третьем поколении и преимущественно выходцы из стран исламского мира», — сказал эксперт в эфире радио Sputnik.

По его информации, из Сирии в Германию перебралось, по разным подсчетам, от одного до полутора миллионов человек, которые являются или выдают себя за сирийцев.

Политолог уверен, что рассчитывать на их экстрадицию — нереально, так как они приехали в Европу всерьез и надолго. Но даже если не учитывать эту цифру беженцев, то все равно прогнозы для коренных европейцев выглядят весьма пессимистично. В первую очередь, по причине отрицательной демографии.

«Демография работает в большинстве европейских стран для коренных народов в минус, в том числе в Германии, где один из самых низких в Европе показателей рождаемости: где-то 1,4.

При этом, для сохранения популяции надо где-то 2,1-2,2. Немного лучше ситуация во Франции — там по нулям идет, где-то 2,0-2,1.

Но в целом европейцы умирают, нация европейская стареет, где-то к 2030-2040 году пенсионеров будет уже больше, чем работающих людей», — отметил Камкин.

Эксперт утверждает, что уже сейчас в Европе ощущается нехватка трудовых ресурсов, которая будет покрываться за счет мусульман.

«Немецкие специалисты рассчитали, что для немецкой экономики оптимально будет принимать от 150 до 200 тысяч трудовых мигрантов в год.

Даже если эти цифры будут находиться в этой динамике — до 200 тысяч, то мы увидим, насколько больше будет приезжих. Все, кто хотел приехать из Восточной Европы, уже приехали.

Восполнять нехватку трудовых ресурсов будут за счет мигрантов из исламских стран», — подчеркнул собеседник.

Александр Камкин также обратил внимание на активную миссионерскую работу, в результате которой все больше европейцев принимают ислам, в том чисел и становятся приверженцами его радикальных форм.

«Наступление идет по нескольким направлениям. Во-первых, против европейцев работает демография. Во-вторых, навязываемое мнение о потребностях в дополнительных рабочих руках и, в-третьих, достаточно активное развитие различных исламских культурных и религиозных центров, которые вовлекают ищущих альтернативные духовные основы европейцев», — резюмировал политолог.

Читайте также:  Праздник для всех мам: день матери в германии.

Читать ещё •••Александр Камкин , ЕС , ИА Sputnik , Другое

Источник: https://finance.rambler.ru/other/38586213-kamkin-k-2050-godu-v-germanii-ostanetsya-lish-45-nemtsev/

Почему немцы не хотят жить вместе | FaceNews.ua: новости Украины

24.03.2017 11:15

Новые социологические прогнозы показывают, что даже матери-одиночки в Германии неохотно съезжаются со своими новыми мужчинами. Мужчины, впрочем, тоже.

Почему?Как будут жить немцы через 20 лет? И с кем? Вдвоем, втроем, вчетвером? С женой, детьми, тещей? Вопросы вовсе не пустяковые.

От ответов на них, то есть от правильных прогнозов, зависит социальная политика государства, частное и муниципальное жилищное строительство, инвестиции в инфраструктуры будущего.

Домохозяйства мельчают

Поэтому многие с нетерпением ожидали новых расчетов Федерального статистического ведомства. Один из главных выводов социологов: в 2035 году в Германии будет более 43 миллионов домашних хозяйств. Два года назад их было около 40 миллионов.

Одна из причин — рост населения страны, другая — явный тренд к «мельчанию» домохозяйств. То есть все больше немцев будут жить либо в одиночку, либо вдвоем. Такую жизнь предпочтут предположительно 50 миллионов жителей страны.

И лишь половина из них — старики пенсионного возраста.

«Домашнее хозяйство» — это принятое в статистике и маркетинге определение, это жители одной квартиры, ведущие общее хозяйство. Нередко «домашнее хозяйство» приравнивается к семье, но это не совсем верно.

Члены семьи связаны между собой кровными узами, но на Западе, в частности, в Германии, большинство детей, едва достигнув 17-18 лет, начинают жить отдельно, то есть вести свое собственное хозяйство. Так принято, да и материальные возможности это чаще всего позволяют.

С другой стороны, в странах бывшего СССР все еще есть коммунальные квартиры, где люди живут вместе по необходимости, а не потому, что их связывают родственные узы. Впрочем, коммуналки являются востребованным жильем и в Германии — но добровольным и, в основном, у студентов.

Кстати, стандартной, так называемой нуклеарной семьей в России считается семья из трех человек: мать, отец, ребенок, а в Германии — из четырех: мать, отец, двое детей. В частности, средние доходы населения рассчитываются именно на эту «нуклеарную» единицу. Сегодня в Германии это 3297 евро «чистыми». Показатель этот растет из года в год: за последние десять лет он увеличился на 720 евро.

Важнее денег

Но есть, разумеется, и семьи нестандартные. Более двух с половиной миллионов домашних хозяйств состоят только из отца или матери и детей. Почти 87 процентов из них, как и можно было ожидать, — это мать с ребенком.

Но интересно: у очень многих матерей-одиночек есть партнеры-мужчины, однако даже состоя фактически в гражданском браке, женщины не торопятся съезжаться с ними.

Казалось бы, парадокс: зачем жить отдельно, платить за две квартиры, приобретать мебель для двух квартир и так далее, — вместо того, чтобы съехаться?

Трудно дать здесь однозначный ответ. Опросы общественного мнения дают разные, порой противоречивые результаты. Ну, во-первых, надо учесть, что и у мужчины, и у женщины, как правило, вполне хватает денег на то, чтобы жить отдельно. То есть материальный аспект не имеет тут такого важного значения, как могло бы показаться.

Во-вторых, социальный статус, столь существенный для женщин во многих странах (мол, она замужем, значит, женщина серьезная), в Германии практически не играет никакой роли, независимо от того, есть у женщины ребенок или нет.

Что касается причин, почему и мужчины, и женщины не слишком охотно выбирают вариант «совместного проживания», то они, как показывают социологические исследования, не одинаковые у тех и других.

Мужчины больше всего боятся за свою свободу. Им не хочется связывать себя, не хочется принимать компромиссы, неизбежные в повседневной жизни. Один из немецких социологов — женщина — сформулировала это с понятной иронией: «Мужчины от многого могут отказаться, но не от сидения вечером в трусах, с сигаретой и бутылкой пива, перед телевизором или компьютером».

Женщины же опасаются другого — того, что у них будет намного больше домашней работы. А если речь идет о матерях-одиночках, то они думают, прежде всего, о ребенке: найдет ли он общий язык с ее новым «сожителем»? Впрочем, конечно, и эмансипированные немки с неохотой думают о возможной потере личной свободы.

Вот почему в Германии все меньше становится больших домохозяйств, все меньше строится больших, четырех-, пяти- и шестикомнатных квартир. Зато все больше строится одно- и двухкомнатных квартир.

В Берлине, Дрездене, Лейпциге домохозяйства, состоящие из одного-двух человек, уже составляют большинство. Тренд усиливает и демографический состав таких крупных университетских городов: в них очень много молодежи, которая, повторяем, предпочитает жить отдельно.

Что хорошо и для них, и для их родителей, и для экономики страны.

Эта новость также на сайте Deutsche Welle.

Источник: https://www.facenews.ua/news/2017/354549/

Камкин: к 2050 году в Германии останется лишь 45% немцев

Политолог Александр Камкин прокомментировал в эфире радио Sputnik прогнозы, согласно которым к 2050 году численность мусульманского населения в ряде стран ЕС может увеличиться в три раза

Согласно результатам исследования, проведенного аналитическим центром Pew Research, если иммиграция мусульман в Европу сохранится на «умеренном уровне», к 2050 году они составят 11% европейского населения.

В случае резкого роста миграции, приверженцами ислама в Европе через 32 года станут 30% шведов, 20% немцев и австрийцев, 18% французов и 17,2% британцев.

На сегодняшний день мусульмане составляют 5% от общего населения Европы (28 стран ЕС, а также Норвегия и Швейцария).

Комментируя представленные данные, российский политолог Александр Камкин отметил, что существуют и другие прогнозы демографов, значительно более пессимистичные для коренного населения Европы.

«Согласно другим прогнозам, если мы сузим круг исследований до Германии, то где-то к 2050 году коренных немцев останется только 45%. Остальные будут приезжими в первом-втором-третьем поколении и преимущественно выходцы из стран исламского мира», — сказал эксперт в эфире радио Sputnik.

По его информации, из Сирии в Германию перебралось, по разным подсчетам, от одного до полутора миллионов человек, которые являются или выдают себя за сирийцев.

Политолог уверен, что рассчитывать на их экстрадицию — нереально, так как они приехали в Европу всерьез и надолго.

Но даже если не учитывать эту цифру беженцев, то все равно прогнозы для коренных европейцев выглядят весьма пессимистично. В первую очередь, по причине отрицательной демографии.

«Демография работает в большинстве европейских стран для коренных народов в минус, в том числе в Германии, где один из самых низких в Европе показателей рождаемости: где-то 1,4.

При этом, для сохранения популяции надо где-то 2,1-2,2. Немного лучше ситуация во Франции — там по нулям идет, где-то 2,0-2,1.

Но в целом европейцы умирают, нация европейская стареет, где-то к 2030-2040 году пенсионеров будет уже больше, чем работающих людей», — отметил Камкин.

Эксперт утверждает, что уже сейчас в Европе ощущается нехватка трудовых ресурсов, которая будет покрываться за счет мусульман.

«Немецкие специалисты рассчитали, что для немецкой экономики оптимально будет принимать от 150 до 200 тысяч трудовых мигрантов в год.

Даже если эти цифры будут находиться в этой динамике — до 200 тысяч, то мы увидим, насколько больше будет приезжих. Все, кто хотел приехать из Восточной Европы, уже приехали.

Восполнять нехватку трудовых ресурсов будут за счет мигрантов из исламских стран», — подчеркнул собеседник.

Александр Камкин также обратил внимание на активную миссионерскую работу, в результате которой все больше европейцев принимают ислам, в том чисел и становятся приверженцами его радикальных форм.

«Наступление идет по нескольким направлениям. Во-первых, против европейцев работает демография. Во-вторых, навязываемое мнение о потребностях в дополнительных рабочих руках и, в-третьих, достаточно активное развитие различных исламских культурных и религиозных центров, которые вовлекают ищущих альтернативные духовные основы европейцев», — резюмировал политолог.

Источник: https://ru.sputnik.md/radio_skazano_v_efire/20171204/15934754/k-2050-godu-v-germanii-ostanetsja-45-procentov-nemcev.html

Немцы из Сталинштада тоскуют по социалистической ГДР

В то время как Германия готовится отпраздновать 20-летие падения Берлинской стены — спонтанного взрыва свободы, который привел к крушению коммунизма в Европе — жители страны разделились в своих воспоминаниях о минувших днях. Согласно опросу федерального правительства по поводу событий 1989 года, 57% немцев, живущих в восточной части страны, оценивают жизнь при коммунистах скорее позитивно, чем негативно, пишет The Washington Post.

«В ходе опросов люди говорили: «социализм не сделал мне ничего плохого» или «моя жизнь в ГДР не была пустой», — рассказывает Габриель Хауболд, архитектор и градостроитель, живущая в небольшом городке Айзенхюттенштадте на границе с Польшей. Город сталеваров, построенный более полувека назад и предназначенный для демонстрации мощи социалистической экономики, вплоть до 1961 года назывался Сталинштад. Там времена социализма все еще вызывают теплые воспоминания.

«Люди помнят, как им жилось в ГДР, когда все было по-другому, — продолжает Хауболд. — У нас была работа, система соцзащиты и нам не надо было беспокоится о многих вещах. Но, конечно, нужно помнить, что мы заплатили определенную цену за эти блага».

Те, кто занимал высокие посты в правительстве ГДР или работал на печально известную секретную полицию «Штази», были привлечены к ответственности или скрывались после объединения Германии в 1990 году. Но с течением времени подобное прошлое перестало восприниматься как позорное клеймо.

В понедельник, 9 ноября, в Берлине, по случаю падения стены соберутся десятки международных высокопоставленных лиц и тысяч других людей. Ключевым моментом церемонии станет разрушение символической стены из гигантских домино высотой 2,5 метра, которые выставят на двухкилометровой дистанции вдоль старой разделительной линии в центре города.

Отшлифованные воспоминания

В Айзенхюттенштадте с населением 32 тысячи человек не планируется ничего подобного. В 50-х «город сталеваров» дал приют тысячам рабочих гигантских металлургических предприятий.

Сегодня город выглядит как законсервированная версия позабытой эпохи. Со времен объединения двух Германий рабочие бараки — монолитные железные коробки в центре города — были немного приведены в порядок, но в основном пустуют. Безработица за последние годы достигла 20%, население сократилось на треть, и перспективы роста крайне невелики.

Местный историк Андреас Людвиг — один из немногих жителей западной Германии, кто переехал в Айзенхюттенштадт после объединения. В 1993 году он открыл музей бытовой культуры ГДР.

За эти годы, он убедил многих местных жителей нести туда учебники, предметы быта, постеры — словом, все, что может помочь рассказать о той эпохе будущим поколениям германцев.

Сейчас его коллекция насчитывает 150 тыс. экспонатов.

Многие «западные» немцы до сих пор обвиняют «восточных» в романтизации коммунистической жизни, отмечая, что они забывают про притеснения, отсутствие свободы и экономические недостатки.

Однако, по словам Людвига, ностальгия по временам ГДР — это скорее способ привлечь внимание к проблемам объединенной Германии. «Когда люди говорят, что в ГДР им жилось лучше, политики злятся. Они возражают: этого не могло быть, ведь тогда была диктатура.

Но они не понимают, что это всего лишь критика их работы», — поясняет историк.

Однако профессор политологии берлинского Свободного университета Клаус Шредер, опираясь на собственные исследования, говорит, что даже у восточно-германских подростков, родившихся после 1989 года, идеализированные представления о жизни при коммунизме, благодаря их родителям и учителям, которые приукрасили жизнь в ГДР.

«Да, многие молодые люди, живущие в восточной Германии, хотят вернуть ГДР назад, но речь идет о мифической ГДР, которая находится только в их воображении, и не имеет ничего общего с реальной восточной Германией до 1989 года, — отмечает Шредер. — На самом деле, молодежь мало что знает о настоящей ГДР. Об этом им не рассказывают в школах, потому они и создали свою собственную версию, опираясь лишь на ностальгичские и положительные аспекты».

Растущее разочарование

В целом же, восточных немцев сейчас крушение коммунизма устраивает больше, чем их соседей по ту сторону бывшего «железного занавеса».

Согласно опросу исследовательской организации Pew Research Center, около 85% бывших «осси» (восточных немцев) одобряют изменения в сторону рыночного капитализма, а 82% поддерживают переход к многопартийной демократии — это самый высокий показатель, чем в любой из восьми других бывших коммунистических стран, исследованных Pew Research Center.

В то же время, радужные надежды людей на лучшее будущее померкли. Если в 1991 году 97% восточных немцев ожидали, что их уровень жизни выровняется с уровнем их западных соотечественников через два десятилетия, то сегодня на социальное равенство надеются только 12% немцев, живущих в Восточной Европе.

«Разочарование постигло многих жителей Айзенхюттенштадта в начале 90-х, когда государственные заводы были закрыты или приватизированы, — говорит 73-летний Вольфгант Антон, бывший директор школы. — Многие люди потеряли чувство самоуважения. Сегодня это те, кто любит вспоминать все хорошее, что связано с ГДР, все эти парады».

Читайте также:  Кто придумал марципан? интересное про марципан.

Пенсионер вспоминает, как в начале ноября 1989 года он буквально прилип к телевизору и неотрывно следил за событиями вокруг стены. «У меня до сих пор мурашки по коже, когда я думаю об этом, — говорит он. — Это был великий день».

Сегодня на вопрос о том, как он отпразднует 20-летнюю годовщину со дня падения Берлинской стены, он отвечает: «Никак. Хорошо, что у нас нет диктатуры, и я очень счастлив жить в свободной стране. Но я не считаю нужным напоминать об этом постоянно».

Взгляд с Запада

— Я был в Гамбурге, когда разрушали Берлинскую стену, и не отходил от телевизора часами, — рассказал корреспонденту «СП» западный немец, предприниматель Йоханесс Пельтц.

— Тогда жители бывшей ГДР заявили, что если у них не будет марок, то они поедут за ними туда, где они будут. И за три месяца после падения стены в западную Германию прибыли 200 тысяч восточных немцев.

Потому что, они не ожидали лучшего будущего там, где родились.

Сейчас, конечно, в восточной Германии лучше, потому что мы потратили на нее миллионы евро. Возможно, сейчас ГДР может быть выдающимся режимом в глазах наших детей, которые не знают, что на самом деле происходило в то время. Более 100 человек, в том числе женщин и детей были убиты полицейскими только за то, что они пытались покинуть страну и перебраться через Берлинскую стену».

Досье СП

Строительство стены, разделившей Берлин на две части, началось в 1961 году. Стена, протянувшаяся в черте города более чем на 43 километра, была призвана помешать людям бежать из ГДР на Запад.

Лишь 9 ноября 1989 года граница между двумя частями города была открыта. В следующем году стену снесли, сохранив для истории только один ее отрезок.

По офицальным данным, при попытке преодолеть Берлинскую стену погибли 125 человек.

Фото [*], [*]

Источник: https://svpressa.ru/society/article/16545/

Почему российские немцы возвращаются из Германии

Опубликовано 25.06.2018

В категориях: Аналитика и комментарии,Социология, культурология, история

Антихристианская сексуальная тирания в школах

Игорь Кармазин

Страна идеальных дорог и вкусного пива — жизнь в Германии кажется упорядоченной и обеспеченной. После падения железного занавеса сотни тысяч этнических немцев решились на переезд из постсоветских республик на родину предков. В последние годы, однако, наметилась обратная тенденция — немцы возвращаются в Россию. Переселенцы рассказали РИА Новости о причинах неприятия германских порядков.

Сергей Рукабер, Карслруэ — Крым

Я в Германию уехал в 1999 году, прожил там 18 лет, в Россию мы окончательно вернулись 31 июля 2017 года. Германия для меня так и не стала родиной, я всегда держал в уме возможность нового переезда. Решающим фактором послужило воссоединение родного Крыма с Россией.

В Германии я все эти годы не чувствовал себя в своей тарелке, многое просто дико для меня было. Например, с первого класса с недавних пор в школах там введен урок сексуального просвещения.

Подробно рассказывают о секс-меньшинствах, все подается в том духе, что именно такие отношения нормальны. Дочка однажды вернулась после занятий домой и спросила: «А как это, когда одна тетя с другой тетей?» Получается, учили лесбиянству.

Я ответить ничего не смог, но пошел жаловаться в школу. Мне сказали, что отказ от этого урока грозит разбирательством с полицией.

Многие думают, что заработать в Германии проще. Да, доход у меня был больше нынешнего, но и налоги намного выше. В итоге на руки сейчас я получаю примерно столько же, сколько и там. Типичная история в Германии: платишь какой-то налог, а в конце года оказывается, что заплатил мало, что-то еще должен государству.

У меня там была транспортная компания. Сначала дела шли успешно, но после кризиса 2008 года нас загнали в очень большие долги. Здесь, в России, я открыл ИП и занимаюсь своим делом.

Я знаю, сколько должен выплатить, никаких лишних бумаг, волокиты. Общение с чиновниками сведено к минимуму.

В Германии за 17 лет я научился порядку, поэтому тут я сразу стал работать легально — зарегистрировался, оформился.

Общение между людьми в Германии тоже другое. У меня нет языкового барьера, немецкий язык я знаю хорошо. В Карлсруэ остались знакомые. Есть пара семей, с которыми мы до сих пор поддерживаем контакт, перезваниваемся по мессенджерам, по скайпу. Но большинство с тобой общаются, пока ты смотришь в лицо. Отвернулся — тебя готовы сожрать.

Нормальными считаются постоянные жалобы на соседей. В восемь вечера надо уже сидеть дома, заткнуться и не шевелиться, ни в коем случае не шуметь.

А я не могу сказать детям, чтобы они замерли, потому что какой-то посторонний дядя так хочет. Я всем говорил: «Не нравится? Валите в дом престарелых, там у вас будет идеальная тишина».

Мне проще было заплатить штраф, чем муштровать детей. После первых двух жалоб просто предупреждали. На третий раз пришел штраф 50 евро.

При этом у беженцев полная свобода действий. Была однажды ситуация: я провожал родителей на вокзале в Карслруэ. Приехал на своем личном автомобиле, пока помогал им донести багаж до поезда, какие-то арабы забрались в машину. Я позвал полицейских, а те мне говорят: «А вам что, тяжело их отвезти?» Бить мигрантов нельзя, в любом конфликте с ними виноватым окажешься однозначно ты.

В России я вздохнул свободнее, но и здесь не все гладко. Главная трудность для моей семьи сейчас — оформление документов. На местах в Крыму много некомпетентных чиновников, которые сами не знают ни законов, ни инструкций. У меня трое детей, нам пока дали удостоверение многодетной семьи, но льгот мы никаких не получаем.

Антон Клокгаммер, окрестности Гамбурга — Томск

Я десять лет прожил в городке Рендсбург на севере Германии и уже десять лет как в России. В Германии жизнь очень размеренная, наперед известно, что будет через пять, 15 лет. Педантичность доведена до тошноты.

Возможно, во взрослом возрасте стабильность больше ценится, но мне тогда хотелось больше драйва, свободы, легкости. Мне было 20 лет, и я переписывался с томскими друзьями. Кто-то из моих сверстников уже занимал руководящие должности, организовывал ИП, ООО.

Мои немецкие приятели в этом возрасте продолжали играть в приставку.

В Германии нет такого четкого разделения на частное и общественное, как у нас. Например, я как-то раз припарковался у бассейна и некоторое время сидел в машине. Не прошло и минуты, как мне в лобовое стекло постучал немецкий дедушка с требованием заглушить двигатель. По его словам, я загрязняю природу. Мы в России как рассуждаем? Конечно, первая мысль: «Какое твое дело?»

Отличаются и взаимоотношения людей. Характерный случай был в школе. На контрольной я не понял один вопрос. Решил посмотреть задачу у своего закадычного друга Дэниса. Тот это заметил и немедленно пожаловался учителю. Нас рассадили, мне сделали замечание.

На перемене я к нему подошел и попытался объяснить: «Смотри, я не списывал у тебя. Я просто не понял задачу. Мы с тобой друзья. Почему ты поднял такой шум?» Он как заведенный отвечал: «Ну как, нельзя же! Списывать нельзя».

Мы могли поссориться, совсем разругаться, но я видел, что он искренне не понял моего вопроса.

Я еще успел отслужить в немецкой армии. Девять месяцев, на выходные уходили домой. Там получилось интересно: мы служили, служили, а уже под конец выяснилось, что все, с кем у меня сложились хорошие отношения, — выходцы из бывшей ГДР.

Мы понимали друг друга с полуслова, у нас были общие понятия о взаимопомощи, взаимовыручке. По сравнению с призывниками из ФРГ у этих ребят очень сильно отличалось чувство юмора. В ФРГ шутки американские, примитивные. Самое смешное для них — если кто-то громко рыгнул, пустил газы, что-то сказал про чужую маму.

У ребят из ГДР юмор был более тонкий, острый, между строк, с игрой слов.

Антон Клокгаммер

Хотя в материальном плане жить в Германии лучше. Я сейчас пропадаю целыми днями на работе, в подчинении у меня 50 человек, получаю в три-четыре раза больше среднего заработка в Томске.

Мои одноклассники в Германии ничем не руководят, отвечают только за себя, не имеют высшего образования, работают обычными электриками, сантехниками, но получают те же две тысячи евро. На эти деньги там спокойно можно взять в ипотеку дом.

Ипотека в Германии гораздо доступнее: ставка — два-три процента вместо наших 12-13.

Денис Шелл, Ганновер — Омская область

В Германии я жил почти 20 лет, но в июле 2016-го вернулся в Россию. За два десятилетия, проведенных в Германии, понял, что моя родина на самом деле здесь. Тут я себя свободно, спокойно чувствую. В Германии долго жил в окрестностях Ганновера.

У меня свой участок земли, своя скотина в селе Азово Омской области. В Германии на фермерство огромные налоги. Я там занимался мойкой свинарников, курятников. Собственная фирма была. В плане чистоты в Германии требования гораздо строже, чем у нас. Даже в хлеву должно быть чисто как на тарелке. Рынок большой, с русскими работать не все хотят.

Вообще, по отношению к переселенцам из постсоветских стран много предубеждений. Я этнический немец, окончил в Германии школу, хорошо знаю язык, получил профессию. Но с первых дней меня там называли русским. «Издалека Ивана видать», — такая там присказка. Я думал, со временем это пройдет, но до отъезда так ничего и не изменилось.

Общался в основном с такими же переселенцами, хотя были и местные знакомые. Много заносчивых немцев, они с «руссланддойче» (немцы из России. — Прим. ред.) знаться не хотят. Я их даже частично понимаю. Некоторые переселенцы ведут себя не очень адекватно, творят чудеса, не считаются с местными порядками. Доверие, уважение теряется.

Алексей Грюненвальд, окрестности Кельна — Крым

В Германии я жил с 1993 года, сейчас окончательно еще не переехал, занимаюсь оформлением российских документов. Мы такой народ, что у нас ни флага, ни родины. В Казахстане мы были фашистами, хотя мои предки переселились еще во времена Екатерины Великой.

В Германии нас считают русскими. Я подумал, что если меня русским называют, то я к ним и поеду. Предметно задумался о переезде в Россию после присоединения Крыма. В 2015-м мы прилетели на полуостров первый раз, прощупали почву.

В 2016-м в городе Саки купили недвижимость.

В Германии я сменил две профессии. Сначала был риелтором, потом занялся продажей автомобилей. Налоги там просто грабительские — обдирают как липку. Крупные фирмы еще неплохо себя чувствуют, а мелкому бизнесу тяжело концы с концами свести. Поборы буквально на все. Я был очень удивлен, например, когда получил квитанцию на оплату телевизора — 40 евро за три месяца.

Вся эта обдираловка только по одной причине — надо чем-то кормить беженцев. Расселяют их в каждую деревню, хотя наших русских они вроде побаиваются.

Один мой друг как-то тормознул на перекрестке, который переходили два араба. Те остановились, подошли к машине и провели большими пальцами по горлу. Знакомый им в ответ показал средний палец. Завязалась драка.

В итоге полиция оштрафовала на пятьсот евро моего друга, а мигрантов не тронула.

Источник: http://www.mirvboge.ru/2018/06/pochemu-rossijskie-nemcy-vozvrashhayutsya-iz-germanii/

Ссылка на основную публикацию